Личности 7/2007

Ирина Шестакова

ТАТЬЯНА ЛАППА: ПОДНОЖИЕ ЕГО СЛАВЫ

Зимой 1939 года знакомый сказал ей: «Тася, позвоните Булгакову – он ослеп». Она не стала. Да и что она могла сказать ему?.. Вместе они прожили десять лет и расстались пятнадцать лет назад. После расставания он даже ни разу о ней не написал, будто ее и на свете не было. И только перед смертью попросил: «Найдите Тасю, я должен перед ней извиниться...» К истории отношений Татьяны Лаппа и Михаила Булгакова поразительно точно подходят слова Булата Окуджавы:

«Я клянусь, что это любовь была; 
Посмотри – ведь это ее дела... 
Но знаешь, – хоть Бога к себе призови, – 
Разве можно понять что-нибудь в любви?»

Тася – так называли девочку в семье – родилась в 1892 в Рязани, где отец ее служил податным инспектором. Детей было шестеро, Тася старшая. Когда она познакомилась с Михаилом Булгаковым, ее отец уже дослужился до действительного статского советника. Дом был хороший, богатый – с горничной, кухаркой, бонной, – но без малейшего намека на чопорность, и обитатели его были людьми приветливыми, теплыми и обаятельными. Если в семье Булгаковых считалось, что дети непременно должны быть заняты какой-то работой, то в доме Николая Лаппа «трудовое воспитание» не практиковалось. «Я приходила из гимназии, – вспоминала Татьяна Николаевна, – бросала верхнее платье на пол, мать говорила: «Не подбирай, горничная уберет; неизвестно, как сложится жизнь, пока позволяют обстоятельства – ничего не делай!» Нас ни к чему не готовили… Я жила сегодняшним днем, и мысли о будущем не было». И впрямь, откуда было знать юной Тасе, с какими немыслимыми трудностями ей придется впоследствии столкнуться? Училась Тася отнюдь не блестяще: здоровье у нее было слабенькое, девочка сильно уставала, часто не могла делать уроки, одно время даже заикалась. Впервые Тася встретилась с Михаилом Булгаковым летом 1908 года, Тасе тогда было 15 лет, Михаилу – 16. Он водил ее в Царский сад, в Купеческий парк, где играл симфонический оркестр, в Лавру, катал девушку на лодке по Днепру, устраивал пикники.

…Весной 1913 года ученье пришлось бросить; кроме того, в это время обозначилось еще одно серьезное обстоятельство, которое молодые люди тщательно скрывали от всех: Тася была беременна. После Пасхи Тася и Михаил обвенчались. На покупку подвенечного платья Тасины родители выслали деньги, но их пришлось истратить на врачебное вмешательство (ребенка, по словам самой Татьяны «никак нельзя было оставлять»). В конце концов, мать Таси, приехав в Киев, купила ей белую кофточку и красивые туфли. Явившись на венчание в церковь Николы Доброго, «молодые» принялись почему-то безудержно хохотать и веселиться... 

Дочери статского советника и бывшей курсистке не приходилось останавливать коня на скаку или входить в горящую избу; но это именно она, Тася, не отличавшаяся силой и крепким здоровьем, буквально выволакивала Михаила Афанасьевича из тяжелейших болезней 

В 1916 году, закончив университет и получив диплом врача с отличием, Булгаков был направлен в военный госпиталь в качестве «зауряд-врача» – сначала в Каменец-Подольский, затем в Черновцы. Затем Булгаков получил назначение в село Никольское Сычевского уезда Смоленской губернии. Однажды привезли ребенка, заболевшего дифтеритом. Булгакову пришлось через трубочку отсасывать дифтеритные пленки у него из горла. Заразившись или опасаясь заразы, он ввел себе противодифтерийную сыворотку.

«Через некоторое время началось, – вспоминает Татьяна Николаевна, – лицо распухает, тело сыпью покрывается, зуд безумный. Потом страшные боли в ногах». Он не мог спать, не мог работать. Чтобы унять боль, Михаил Афанасьевич потребовал сделать ему укол морфия. Потом еще один. Очень скоро появилась наркотическая зависимость. Можно себе представить, в какой кромешный ад превратилась жизнь 25-летней Таси. В состоянии абстиненции Михаил становился патологически агрессивным. Однажды Тася подала ему шприц с дистиллированной водой, – он швырнул этот шприц ей в лицо. В другой раз бросил в жену горящей лампой. Татьяна Николаевна выкрала у мужа браунинг, потому что Булгаков «несколько раз наставлял его» на нее и на себя. «Я чуть с ума не сошла тогда, – говорит она. – И постепенно он осознал, что нельзя больше никакие наркотики принимать. Вот так это постепенно, постепенно и прошло». Хотя есть сведения о том, что Михаил Афанасьевич все-таки лечился у одного из своих киевских родственников (в феврале 1918-го Булгаковы перебрались в Киев). Встречая новый, 1924-й год в компании друзей, Михаил и Тася вместе со всеми гадали на воске. Булгакову вышли кольца. Тася расстроилась, плакала, говорила, что они разойдутся; Михаил ее успокаивал.

На самом деле он уже тогда ухаживал за Любовью Евгеньевной Белозерской, вернувшейся в конце 1923 года в Москву из недолгой эмиграции. Михаила поразила светскость Любы, ее заграничный шик, внешний блеск, которых так не хватало Тасе, крепко побитой жизнью к тому времени, – и уже в апреле 1924-го он предложил жене развестись. После того как Булгаков расстался с Татьяной Николаевной, он никогда и нигде о ней не писал. Как будто Таси Лаппа не было на свете. Но она была.

Дочери статского советника и бывшей курсистке не приходилось останавливать коня на скаку или входить в горящую избу; но это именно она, Тася, не отличавшаяся силой и крепким здоровьем, буквально выволакивала Михаила Афанасьевича из тяжелейших болезней; это она колола дрова и рубила кусок за куском свою золотую цепь, чтобы прокормить себя и мужа; это она – бок о бок с Булгаковым – перетаскивала на собственных хрупких плечах невыносимое бремя изматывающей, грязной, страшной работы в военных госпиталях, бесконечных переездов по стране, охваченной гражданской войной, а потом – голода, холода и беспросветной нищеты первых лет их пребывания в Москве. Тася делала все это просто, прозаично, без красивых слов, без позы и театральной аффектации – ей не приходило в голову выставлять напоказ свой повседневный, незаметный, жертвенный героизм, свое нескончаемое женское подвижничество. И, наверное, не будет особой натяжкой предположить, что если бы не Тася, нам, скорее всего, не пришлось бы сегодня читать ни «Мастера и Маргариту», ни «Собачье сердце», ни «Белую гвардию». Эта женщина, имя которой на долгие десятилетия оказалось скрытым от нас, – как ее назвать, как определить несколькими словами ее место в жизни Булгакова? Жена, сестра, мать, нянька, сиделка, чернорабочая, ангел-хранитель?

...Подножие его славы.

 

Михаил Белозёров
29 Августа 2019
Булгаков не закончил роман Мастер и Маргарита. Объем романа 18 а.л. За 12 лет Булгаков написал 11 а.л. текста. Это говорит о полной беспомощности Булгакова. Роман у него НЕ ПОЛУЧАЛСЯ. Потом что-то произошло, Что именно - это тайна, которую я раскрою в романе о Булгакове. Он умирает, и его третья жена. Елена Сергеевна, еще почти 25 лет дописывает и дописывает роман.
Михаил Белозёров
5 Января 2019
Опять начинается: антисоветчина, гениальная прозорливость и пр. Начнем с того, что Булгаков не дописал половины своих произведений. Все романы не дописаны. Все брошены. некоторые не прописаны и до половины. Не был он гением. Талант стилиста у него был, но "долго" работать Булгаков не мог. Не умел. Он был склонен к повестям, а романы ему не давались. Белая гвардия по замыслу должна быть трилогией. Театральный роман - брошен. Мастер и Маргарита - написана 2\3, остальное дописала Елена Сергеевна. Наркотики, бабы, слава - вскружили голову Булгакову. Он просил Сталина отпустить его за границу. Он был и остался местническим киевским писателем. Всё. Дальше он не прыгнул.
Михаил Белозёров
5 Декабря 2018
Пишу роман и об этой женщине тоже.
антон карандашов
16 Марта 2009
Прекрасный материал! Очень красивый и лиричный!
Бурлаков Вадим
10 Мая 2007
Я вважаю, що професійні вимоги до написання портрету такого роду у цілому дотримані. На це вказує таке: втілення рис політика у формі нарису, подані елементи особистої біографії, цікаво зображені світоглядні позиції, використані коментарі людей з оточення. Проте критики у даному матеріалі майже не було, що не наближує статтю до збалансованості.

Другие номера издания «Личности»

№ 10/2007
№ 9/2007
№ 8/2007
№ 6/2007
№ 5/2007
№ 4/2006