Личности 17/2009

Людмила Обуховская

ОЛЬГА ЛЕОНАРДОВНА КНИППЕР-ЧЕХОВА: «…Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ – И БОЛЬШЕ НИЧЕГО»

«Если бы Книппер за всю свою деятельность сыграла только те пять ролей, которые она играла в чеховских пьесах, этого было бы довольно, чтобы признать ее талант и значение в истории не только Художественного театра, но и театрального искусства вообще», – писала писательница и переводчица Т.Л. Щепкина-Куперник

Ольга Книппер родилась в 1868 году в городе Глазове Вятской губернии в семье инженера-технолога. В юности участвовала в любительских спектаклях, а в 1895 году была принята на драматическое отделение Музыкально-драматического училища Московского филармонического общества в класс В.И. Немировича-Данченко. Профессиональный дебют актрисы совпал с открытием МХТ. Она сыграла в спектакле по пьесе А.К. Толстого «Царь Федор Иоаннович», где исполнила роль царицы Ирины.

В том же 1898 году произошло знаковое в ее судьбе событие: труппа начала репетировать «Чайку», в которой Книппер получила роль Аркадиной. 9 сентября, в день рождения Ольги Леонардовны, на репетицию пришел автор пьесы. «И с этой встречи, – вспоминала Книппер-Чехова, – начал медленно затягиваться тонкий и сложный узел моей жизни». Чехов после посещения репетиции уехал в Ялту, откуда написал А. Суворину: «Меня приятно тронула интеллигентность тона, и со сцены повеяло настоящим искусством, хотя играли и невеликие таланты. Ирина, по-моему, великолепна. Голос, благородство, задушевность – так хорошо, что даже в горле чешется… Если бы я остался в Москве, то влюбился бы в эту Ирину». 

О постановке пьесы, об игре актеров и реакции зрителей подробно сообщала Чехову сестра Мария Павловна: «Вчера шла твоя “Чайка”. Поставлена она прекрасно… Актрису, мать Треплева, играла очень, очень милая артистка Книппер, талантливая удивительно, просто наслаждение было ее видеть и слышать… Так жизненно, что положительно забываешь, что это сцена». 4 февраля 1899 года Мария Павловна снова в театре, а на следующий день послала в Ялту Чехову письмо.

«Книппер запрыгала, когда я передала ей поклон от тебя… С какой любовью они играют твою “Чайку”!.. Я тебе советую поухаживать за Книппер. Помоему, она очень интересна». Антону Павловичу врачи разрешили выехать в Москву только весной. И первый визит – к Ольге Леонардовне. Потом по приглашению Антона Павловича и Марии Павловны актриса гостила у них в Мелихово. Чехов подарил ей свою фотографию с надписью: «Ольге Леонардовне Книппер (многоуважаемой Ирине Николаевне) на добрую память от автора “Чайки”. 99.24.V. А. Чехов». Потом он несколько изменит эту надпись, зачеркнув последние две буквы в ее фамилии, и напишет ласковее: «Книппуше». Летом 1899 они впервые вместе приехали в Ялту. Ей понравился вид на море и горы.

Чехов знакомил Ольгу Леонардовну с городом, они совершали прогулки в Гурзуф, Массандру, Ливадию, Ореанду, показывал ей места, так замечательно описанные им в рассказе «Дама с собачкой». В начале августа вместе выехали в Москву. После возвращения писателя в Ялту начался легкий роман в письмах. «Ваше благоразумное письмо с поцелуем в правый висок и другое письмо с фотографиями я получил», – Антон Павлович в ответах был, как и в жизни, изящно остроумен. Осенью 1899 года Художественный театр поставил пьесу Чexoвa «Дядя Ваня», где Книппер с большим успехом играла роль Елены Андреевны.

Горький после просмотра спектакля писал Чехову: «Книппер – дивная артистка, прелестная женщина и большая умница». Когда весной 1900 года Московский Художественный театр собрался в Ялту, Ольга Леонардовна по приглашению Антона Павловича приехала несколько раньше и поселилась у Чеховых в новом доме. В те дни их взаимная симпатия переросла в более глубокое чувство. В июле и августе того же года по приглашению Антона Павловича Книппер снова гостила у Чеховых в Ялте и на даче в Гурзуфе. После отъезда она написала писателю: «…Антон, родной мой, проведем будущее лето здесь где-нибудь в деревне – хочешь? Я все думала, как ты удивительно подходишь к этой чисто русской природе, к этой шири, к полям, лугам, овражкам, уютным тенистым речкам». На это письмо Чехов отвечал: «Да, милая моя актрисуля, с каким чисто телячьим восторгом я пробежался бы теперь в поле, около леса, около речки, около стада. Ведь, смешно сказать, уже два года, как я не видел травы. Дуся моя, скучно!» От скуки спасала работа. Именно в это время Чехов трудился над пьесой «Три сестры». Писал он ее специально для Художественного театра, зная, кто из актеров какую роль будет исполнять. Роль Маши предназначалась для Ольги Леонардовны. Он ей писал шутливо: «Ах, какая тебе роль в “Трех сестрах”! Какая роль! Если дашь десять рублей, то получишь роль, а то отдам ее другой актрисе…»

Ему хотелось поскорее закончить пьесу и приехать в Москву, но мешало неважно самочувствие. Письма этих дней к Ольге Леонардовне наполнены мечтами о встрече и признаниями: «Мое сердце всегда тебя любило и было нежно к тебе… Я уже говорил тебе 10000 раз и буду говорить, вероятно, еще долго, т. е., что я тебя люблю – и больше ничего. Если мы теперь не вместе, то виноваты в этом не я и не ты, а бес, вложивший в меня бацилл, а в тебя любовь к искусству». В октябре Антон Павлович привез пьесу Художественному театру. Немирович-Данченко вспоминал: «Очень он остался у меня в памяти в тот приезд: энергичный, веселый, помолодевший – просто счастливый; охвачен чувством…» Для обоих было ясно: пришло время принятия решений. Предстоящая жизнь казалась нестрашной и нетрудной...

 

Другие номера издания «Личности»

№ 22/2009
№ 21/2009
№ 20/2009
№ 19/2009
№ 18/2009
№ 16/2008