Личности 24/2010

Юлия Шекет

САРА БЕРНАР: ТРИ ТЫСЯЧИ И ОДНА ЖИЗНЬ

Пожалуй, эта женщина не слишком преувеличивала, когда после встречи с Теодором Рузвельтом небрежно бросила: «Мы могли бы прекрасно управлять миром!» Она властвовала над сердцами и умами, в том числе над лучшими умами своего времени. Знаменитой исполнительницей Гамлета восхищались великие писатели, перед ней преклонялись европейские монархи – виртуозное актерское мастерство Сары Бернар никого не оставляло равнодушным

Трудно поверить, но многие великие люди стали великими (по крайней мере, на первый взгляд) невольно или случайно. Будущий чародей скрипки Паганини занимался музыкой из-под палки, будущий король джаза Луи Армстронг выучился петь и играть в колонии для малолетних прес- тупников, а Сара Бернар, чье имя стало синонимом гениальной актрисы, попала в театр благодаря протекции друзей своей матери-куртизанки. И все же случайности, странности и трудности в жизни таких людей возникают словно лишь для того, чтобы подтолкнуть их к покорению очередной вершины.

Среду, в которой росла девочка, можно назвать артистической только в том смысле, что вещи здесь почти никогда не называли своими именами. Юная красавица Юдит Харт, 22 октября 1844 года давшая жизнь будущей «божественной, несравненной и неповторимой», была легкомысленной содержанкой, а ее мужчин в семье называли «друзьями». Девочка получила при рождении двойное имя – Анриетта Розина. Отец… По слухам, им был Эдуар Бернар, чью фамилию  впоследствии носила актриса. Называют и другие имена. Став знаменитостью, Сара Бернар сочтет нужным упомянуть о его привлекательности – и не больше. Биографам останется гадать: инженер? студент-юрист? моряк? или?.. Полное же равнодушие родительницы, которая сразу отдала малютку кормилице, в воспоминаниях ее дочери иллюстрируют только два «сухих» факта. Однажды оставшись без присмотра, малышка упала в камин – и чудо, что от страшных ожогов не осталось следов благодаря заботам все той же кормилицы и народным средствам: купанию в молоке и масляным обертываниям. Родные время от времени навещали Анриетту, но потом кормилица поменяла место жительства, и мать совсем потеряла ребенка из виду. Случайно увидев на улице родную тетю, девочка стала умолять забрать ее домой и, не поверив обещаниям непременно за ней вернуться, бросилась наперерез экипажу тетки. Она получила несколько переломов, но цели достигла – к матери ее забрали. Подобные взрывы эмоций случались у экспансивной барышни не раз.

В пансионе госпожи Фрессар Анриетта пугала подруг «гневными вспышками, похожими на приступы безумия». И она же была способна спасти тонущую малышку из пруда, перед праздничным спектаклем блестяще освоить роль архангела, поначалу предназначенную совсем не ей... Анриетта полностью отдавалась всему, что с ней случалось, – от скандала из-за какой-нибудь мелочи до идеи служения Богу. Родные без энтузиазма отнеслись к ее горячей идее «стать Христовой невестой». Подобную прихоть могут позволить себе разве что богатые наследницы, а бедной девушке необходим или богатый муж, или доходная профессия! На семейном совете судьбу девочки решил «друг дома» (то есть мамин любовник) граф де Морни, единоутробный брат Наполеона III. «Ей нужно поступить в Парижскую Консерваторию!» – постановил он, рассудив, что огненный темперамент Анриетты может переплавиться в темперамент артистический. Согласно преданию, в тот же вечер девочка оказалась в ложе театра, вскрикивала от восторга, билась в нервных рыданиях, и вскоре с характерным для нее жаром уже твердила упражнения на дикцию и декламировала стихи, готовясь к экзамену. Вряд ли мы когда-нибудь узнаем точно, что сыграло большую роль, когда оробевший подросток предстал перед строгой комиссией: талантливое исполнение басни Лафонтена о двух голубях или протекция графа де Морни и Дюма-отца. Однако первый шаг к будущим высотам был сделан. «Меня приняли, приняли!» – новоиспеченная студентка Консерватории уже предвкушала, как эффектно и неожиданно преподнесет домашним это чудесное известие. Тетя совершила оплошность: доложила обо всем с порога. Раздосадованная Анриетта тут же потребовала забыть о новости – и разыграла мизансцену именно так, как задумала ее по дороге домой.

Она уже вела себя как актриса… И как режиссер собственной жизни. Блестящая карьера на театра- льных подмостках пока представлялась призрачной, но девушка сразу же и наотрез отказалась от попыток родни устроить ее будущее более респектабельным способом. Никакого замужества, она не желает знать какого-то торговца кожами! Пусть влюблен, пусть богат – такое мещанское счастье ей не нужно. «Я ощущала потребность стать личностью, – писала актриса, оглядываясь на свой дерзкий юношеский максимализм. – Быть кем-то – вот к чему я стремилась!»

Полную версию читайте в журнале Личности №24

Другие номера издания «Личности»

№ 28/2010
№ 27/2010
№ 26/2010
№ 25/2010
№ 23/2010
№ 22/2009