Личности 28/2010

Алексей Краевский

ПАВЕЛ ПЕСТЕЛЬ: ЧЕЛОВЕК, ОПАСНЫЙ ДЛЯ РОССИИ

Полковника Пестеля боялись не только власть имущие: его радикализм и честолюбивые устремления пугали даже товарищей по общей борьбе. Среди безнадежных романтиков-декабристов он единственный обладал задатками профессионального революционера – жесткого, практичного, свободного от излишних сантиментов

Павел Иванович Пестель родился 24 июня 1793 года в семье обрусевших немцев-лютеран. При крещении мальчик получил звучное имя Пауль Бурхард и всю жизнь оставался типичным русским немцем – обладателем холодного ума и горячего сердца. На первый взгляд парадоксально, но отец будущего декабриста Иван Пестель считался одним из самых одиозных сановников Российской империи.

Став сибирским генерал-губернатором, тайный советник Пестель прославился деспотизмом и многочисленными злоупотреблениями. «Сибирь стонала под его жесточайшим игом», – вспоминали современники. Однако Пестель-младший относился к родителю с большим уважением, и позднее в его революционной деятельности проявились многие отцовские черты: властолюбие, практицизм, железная воля. До двенадцати лет Павел учился дома, а затем был отправлен в Дрезден к бабушке и продолжил образование под ее руководством. Вернувшись в Россию, юноша был зачислен в Пажеский корпус – самое престижное учебное заведение империи, готовившее элитные кадры для военной и гражданской службы. Воспитанники корпуса исполняли обязанности камер-пажей при дворе и были лично известны членам императорской фамилии. Юный Пестель учился блестяще. В персональном деле отмечалось, что он «взысканиям не подвергался и к чтению усерден», но в то же время «на товарищей влиять любит, самостоятелен и замкнут». Имя Пестеля значилось первым в списке выпускников и было занесено на мраморную доску почета. Спустя 15 лет доска с крамольной фамилией будет уничтожена по распоряжению императора Николая I.

Павел окончил Пажеский корпус в конце 1811-го и был определен прапорщиком в лейб-гвардии Литовский полк, а через полгода началась Отечественная война. Командуя стрелковым взводом, молодой офицер участвовал в легендарном Бородинском сражении. Тяжело раненный в ногу, он чудом избежал ампутации, был награжден золотой шпагой за храбрость и произведен в подпоручики. Рана заживала долго, но весной 1813 года молодой офицер вернулся в действующую армию,  став адъютантом генерала Витгенштейна – давнего друга своего отца и главнокомандующего русскими войсками. Пестель выполнял ответственные поручения командующего, принимал участие в битве под Лейпцигом и ожесточенных боях на территории Франции, вместе с русскими войсками вошел в Париж.

Бесстрашный адъютант был награжден российскими орденами Святой Анны и Святого Владимира, австрийским орденом Леопольда, баденским орденом Карла Фридриха и прусским орденом «За заслуги». Войну он закончил в чине поручика. Неплохое представление о характере молодого офицера дает эпизод, произошедший во Франции в 1814 году. Получив очередное задание, Павел Пестель в сопровождении нескольких казаков прибыл в оккупированный городок Бар-сюр-Об.

На улицах города хозяйничали баварские солдаты – бывшие союзники Наполеона, вовремя перешедшие на сторону антифранцузской коалиции и теперь беззастенчиво грабившие гражданское население. Из одного дома доносились жалобные крики. Пестель зашел внутрь и увидел, что трое баварцев вытаскивают тюфяк из-под умирающей старухи. Он попросил союзных солдат оставить несчастную в покое, но в ответ раздалась грязная ругань. Тогда Пестель приказал сопровождавшим его казакам выгнать мародеров нагайками. За своих подчиненных немедленно вступился баварский майор: «Что это значит? Как вы смеете?!» Недолго думая, рассерженный Пестель приказал попотчевать нагайками и его. Оскорбленные баварцы пожаловались русскому командованию, но Павел Пестель наказан не был. Витгенштейн дорожил своим адъютантом, и когда победоносные русские войска вернулись на родину, Пестель остался при штабе престарелого генерала. Штабная служба дала ему многое: обширные военнотеоретические знания, полезные связи в армейских кругах, ценный административный опыт. В руках Пестеля сосредотачивалось все больше важных дел. Без его участия в штабе Витгенштейна не принималось ни одного мало-мальски серьезного решения.

Высшие армейские чины, командиры дивизий и корпусов искали знакомства с влиятельным адъютантом. Он отличался завидной энергией, аналитическим складом ума и огромной эрудицией. «Я не знаю, чего только этот человек не прочел на своем веку на многих иностранных языках!» – восторгался один из его друзей. Знакомые шутили, что голова Пестеля подобна конторке со множеством отделений и ящиков: о чем бы ни зашла речь, ему стоило только выдвинуть нужный ящик и предоставить собеседнику подробнейшую информацию. Александр Сергеевич Пушкин, встречавшийся с подполковником Пестелем в Кишиневе, записал в своем дневнике: «Утро провел с Пестелем; умный человек во всем смысле этого слова. Мы с ним имели разговор метафизический, политический, нравственный и проч. Он один из самых оригинальных умов, которых я знаю».

Другие номера издания «Личности»

№ 27/2010
№ 26/2010
№ 25/2010
№ 24/2010
№ 23/2010
№ 22/2009