Личности 29/2011

Денис Эртель

ФРИДА КАЛО: «КАК Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ЖИЗНЬ…»

«Ты как сад, в котором блуждают ночью, не видя неба. Ты как окно, исхлестанное бурей, ты как платок в луже крови; ты как мотылек, намокший от слез, как раздавленный, рассыпавшийся день; как слеза, упавшая в море слез, поющая, победоносная араукария, луч света на нашем пути…» / Карлос Пельисер

Ничего не зная ни о семье, в которой Фрида появилась на свет, ни о земле, ее взрастившей, бесполезно пытаться «расшифровать послания» ее картин и принять их шокирующую откровенность. И, пожалуй, начать лучше с Мексики, с отношения ее жителей к жизни и смерти. «Мексиканец, – писал Октавио Пас, – вместо того чтобы бояться смерти, ищет ее общества, дразнит ее, заигрывает с нею... это его любимая игрушка и непреходящая любовь». И потому не стоит проецировать бытующее среди нас отношение к смерти на мироощущение и творчество Фриды Кало: у нее и людей ее страны оно совершенно иное. Что же касается отношения к жизни…

В нее Фрида была влюблена не менее страстно и преданно, чем в Диего. Она жадно наслаждалась ею и прощала муки, которые жизнь ей причиняла: пока страдаешь – все-таки жив. «Как я люблю тебя, жизнь, когда ты со мной», – однажды вырвется у нее признание. Вильгельм (Гильермо) Кало прибыл в Мексику из Германии в 1891 году в возрасте 19 лет. Он, как и его отец, занимался ювелирным делом. Спустя три или четыре года Гильермо женился на местной девушке Марии Кардена и овдовел в начале 1898 года. Жена оставила ему двух дочек. По преданию (а возможно, и вымыслу), вдовец в ночь ее смерти попросил у своего работодателя Антонио Кальдерона Морелия руки его дочери Матильды. Свадьба состоялась очень скоро – 21 февраля того же года. Дети Гильермо от первого брака, Мария Луиза и Маргарита, были отправлены в монастырский приют. Словно усугубляя это «сериальное» нагромождение трагических и драматических моментов, Фрида сообщает, что Матильда своего мужа не любила, а вышла за него потому, что он напоминал ей предыдущего поклонника-немца, покончившего с собой на ее глазах. Единственный сын Гильермо и Матильды был третьим их ребенком и умер в раннем младенчестве. Вскоре Матильда забеременела опять и родила третью дочь.

При крещении малютка получила в качестве первых двух имена Магдалена и Кармен; каждое из них предвещало судьбу яркую и непростую, однако ей было суждено превратить в символ третье свое имя – Фрида. К тому времени Гильермо Кало уже сменил ювелирное дело на занятия фотографией и обзавелся собственной студией. Года за три до рождения Фриды в Койоакане, пригороде Мехико, он построил дом, впоследствии ставший известным как Синий Дом, Casa Azul. Фриде нравилось считать его местом своего рождения, хотя она появилась на свет не там, а в доме бабушки со стороны матери.

Это произошло 6 июля 1907 года, однако годом своего рождения художница предпочитала называть 1910-й: так она становилась ровесницей мексиканской революции. Фрида стала любимицей Гильермо, отчасти заменив ему потерянного сына, – росла она настоящим сорванцом. Но в 6 лет малышка заболела полиомиелитом. Она выжила, не осталась парализованной, и отец делал все, чтобы возвратить здоровье своей дочери – научил ее плавать, ездить на велосипеде и даже боксировать, однако бесследно болезнь не прошла: правая нога Фриды осталась заметно тоньше левой, и она всю жизнь будет пытаться замаскировать этот недостаток. Девочка умела давать отпор детской жестокости («Фрида – деревянная нога!» – вопили ей вслед) и придумала себе в утешение подружку – веселую, здоровую, которая умела танцевать, словно была невесома, и которой можно было доверить любые секреты.

Демонстративная набожность матери-католички и ее родни мало повлияли на характер Фридучи. До поры до времени она послушно посещала церковь, исповедовалась в грехах и твердила молитвы, но с гораздо большим удовольствием носилась по улицам с мальчишками, распевала непристойные песенки и осваивала виртуозную брань уличных торговцев и чистильщиков обуви. На взгляд матери, уметь готовить, шить и держать себя в чистоте плюс обучения в средней школе для женщины было вполне достаточно. Однако опасаясь, что дочери-хромоножке не удастся выйти замуж, и тем наиболее респектабельно устроить свою жизнь, Матильда в 1922 году согласилась на уговоры мужа отдать Фриду в Препараторию – Национальную подготовительную школу, куда благодаря завоеваниям революции теперь принимали и девочек. Впоследствии ей предстояло стать врачом, и Гильермо возлагал на свою любимицу большие надежды. Училась она неплохо, но оставалась отчаянной шалуньей, быстро заработала репутацию «трудного ребенка», «испорченной девчонки», и не раз оказывалась на грани исключения. Там же, в Препаратории, Фрида примкнула к группе студентов, называвших себя «Качучас». Они увлекались литературой, искусством и музыкой. В лидера этой компании, высокого и красивого Алехандро Гомеса Ариаса, Фрида влюбилась.

Три года они были неразлучны. В письмах Фрида называла себя его невестой и даже женой. 1 января 1925 года она писала ему: «Тебе не кажется, что мы должны что-нибудь сделать с нашей жизнью? Если мы всю жизнь проведем в Мексике, то так и останемся ничтожествами, и вообще, помоему, нет ничего прекраснее путешествий...» Но у семьи Алекса были другие планы...

Егор Скворцов
27 Декабря 2015
Рассказывают, что однажды один маленький мальчик вернулся домой из школы и передал матери письмо от учителя. Ни с того ни с сего мама вдруг начала плакать, а затем зачитала сыну письмо вслух: «Ваш сын — гений. Эта школа слишком мала и здесь нет учителей, способных его чему-то научить. Пожалуйста, учите его сами». Много лет после смерти матери он пересматривал старые семейные архивы и наткнулся на это письмо. Он открыл его и прочитал: «Ваш сын — умственно отсталый. Мы не можем больше учить его в школе вместе со всеми. Поэтому рекомендуем вам учить его самостоятельно дома». Мальчика звали Томас Эдисон и к тому времени он уже стал одним из величайших изобретателей века. Эдисон прорыдал несколько часов подряд. Затем он записал в свой дневник: «Томас Алва Эдисон был умственно отсталым ребенком. Благодаря своей героической матери он стал одним из величайших гениев своего века».

Другие номера издания «Личности»

№ 40/2011
№ 39/2011
№ 38/2011
№ 37/2011
№ 36/2011
№ 35/2011