Личности 31/2011

Мальвина Воронова

МИЛЛИОН ПОЦЕЛУЕВ ДЛЯ МАРИИ МОНТЕССОРИ

Как и любая другая женщина, она зараз могла обнять троих-четверых ребятишек. Однако в нежных материнских объятиях Марии поместилось все мировое младенчество – так велика была ее любовь к детям. И пусть мечты ее сбылись не полностью и человечество в целом лучше не стало, но тем человечнее выглядят ее заботы о нем

Обласканный южным солнцем и духом Адриатического моря, окруженный виноградниками и оливковыми садами, городок Чиаравалле, как и всякая живописная провинция, был уютен для жизни и, как всякая провинция, тесен для ума. Мария Монтессори появилась здесь на свет в последний день лета 1870 года. Ее отец, Алессандро, начавший свою карьеру военным, в 1840- х годах участвовал в первых боях за освобождение Италии, и в пылу юношеского романтизма исповедовал революционную веру в свободу и либерализм. Но по мере течения лет его убеждения становились все более консервативными и буржуазными. Перейдя в 1850 году из рядов военнослужащих в ряды госслужащих, он без сожалений распрощался и с увлечениями юности. Впоследствии, когда за долгую и верную службу государству Алессандро Монтессори был пожалован званием Кавалера Ордена Короны Италии, свою ленту он носил с выправкой бравого солдата и напыщенностью чиновного сноба. В 1865 году судьба забросила его в Чиаравалле, где он познакомился со своей будущей женой, Ренильдой Стоппани. Она была племянницей выдающегося ученого-натуралиста, богослова и поэта Антонио Стоппани и женщиной незаурядной: всесторонне образованной, убеж- денной патриоткой, либералкой и феминисткой. Алессандро гордился красотой жены, но еще больше – ее родственными связями и положением в обществе. Когда они познакомились, ему было тридцать три года, он был статен, импозантен и красив, а порох революции, вероятно, еще не выдохся в пыль чиновничества. Они поженились весной 1866 года, и в последующие несколько лет из-за службы Алессандро переезжали из города в город, пока в 1875-м окончательно не поселились в Риме. Ренильда, с ее пышными формами, очаровательным овалом лица и густыми вьющимися волосами, была женственна и соблазнительна, но обладала жестким, почти мужским характером. И хотя ей не хватило смелости или возможностей изменить собственную судьбу, она сделала все, чтобы дать реализоваться своей дочери. В шесть лет Мария пошла в начальную римскую школу, где поначалу ничем выдающимся себя не проявила. В первом классе она была награждена в блеклой категории «за поведение», во втором, перейдя на новый уровень, – «за шитье и вышивание». Подрастая, однако, девочка обнаружила и способности, и энергию, и лидерские качества.

Правда, вместе с интеллектом росли и ребяческое бахвальство, и неслыханное самомнение, и даже снобизм (папины корни). «Напомни мне, что я с тобой не разговариваю!» – кричала она кому-то из одноклассников. Почему Мария решила поступить в техническую школу для мальчиков (выбор, мягко говоря, не типичный для девушек ее страны и того времени)? Очевидно, потому, что ее характер и надежды Ренильды требовали более широкого выбора сфер деятельности, нежели могла предложить женщинам консервативная Италия. Нет нужды говорить, что отец был против, и в целом он был не так уж не прав. К тому времени Алессандро Монтессори занял прочное общественное положение, его связи благодаря службе были весомы. Мария могла блистать как светская дама, стать счастливой матерью семейства или избрать профессию учительницы – путь ясный, надежный и легкий. Отец рассуждал так, как обычно рассуждают матери, желая дочерям прежде всего благополучия. Был ли он близорук или чрезмерно проницателен?.. Открытия, слава, неслыханный интеллектуальный и духовный прорыв – в жизни его дочери будет все, кроме самого необходимого – женского счастья. В 1883-м году Мария поступила в техническую школу, которую окончила, если не блестяще, то одной из лучших (получив 137 баллов из 150 возможных), и, планируя стать инженером, продолжила образование в техническом институте. Но вскоре ее планы изменились. Можно только догадываться о выражении лица Алессандро Монтессори, когда он услышал, что его дочь сменила свою мечту об инженерном бу- дущем на мечту стать врачом. Не так уж просто было девочке пройти обучение в технической школе для мальчиков, а затем поступить в технический институт, но куда более сложно было проникнуть сквозь наглухо закрытую для итальянских женщин дверь в медицину. Алессандро это прекрасно понимал. Он видел только метания дочери, и за «женскими капризами» не смог разглядеть твердое намерение Марии идти своим путем. Итальянская женщина конца XIX века не могла одна прогуляться по улице, не имела права снять деньги со счета в банке. Стоит ли говорить, что изучать обнаженное человеческое тело в компании сокурсников-юношей представлялось немыслимым, а получить собственную врачебную практику в обществе, где и последний нищий не доверился бы женщине-врачу, – попросту невозможным? Трудно обвинять Алессандро в том, что на этот раз он занял позицию жесткую и непримиримую…

 

Полную версию читайте в журнале Личности №31

Тима
14 Марта 2011
ИНТЕРЕСНО НАЗВАЛИСЬ. НО ДАВАЙТЕ ПРОДОЛЖЕНИЕ!

Другие номера издания «Личности»

№ 40/2011
№ 39/2011
№ 38/2011
№ 37/2011
№ 36/2011
№ 35/2011