Личности 42/2012

Денис Эртель

МЭРИ ШЕЛЛИ: «РОМАНТИЧНА ПРЕВЫШЕ ВСЯКОЙ РОМАНТИКИ»

В названии статьи – слова, которые двадцатипятилетняя Мэри сказала о своей жизни. Тут автор «Франкенштейна» не покривила душой и ничего не преувеличила: даже коллизии сочиненного ею романа блекнут перед перипетиями ее жизни

Кто такая Мэри Шелли? «Английская писательница, дочь известной феминистки, писательницы Мэри Уолстонкрафт и не менее известного либерального философа, журналиста-анархиста и атеиста Уильяма Годвина», – сообщают справочники. Жена одного из величайших английских поэтов Перси Биши Шелли. Сводная сестра Клер Клермон, родившей Байрону внебрачную дочь. И, наконец, – автор знаменитого «готического» романа. Последнее было для Мэри, возможно, самым главным – не зря на титульных листах изданных ею впоследствии произведений значилось: «Автор “Франкенштейна”». Впрочем, авторство Мэри подвергалось сомнению при ее жизни, многие исследователи оспаривают его и сегодня. Но в историю литературы Мэри Шелли вошла именно с этим «титулом». Гораздо менее она известна как автор биографических очерков о писателях, поэтах, философах и политиках, написанных ею в 1830-х годах. Это скорее компилятивные работы, чем самостоятельные исследования, но встречены они были благожелательно. Сама Мэри придавала им меньшее значение, чем сочиненным ею повестям и романам. Писать она прекратила задолго до конца жизни, а начала – почти ребенком: «Нет ничего удивительного в том, что я, дочь родителей, занимающих видное место в литературе, очень рано начала помышлять о сочинительстве. Я марала бумагу еще в детские годы, и любимым моим развлечением было “писать разные истории”». Имя Мэри Уолстонкрафт в свое время в Англии знали многие. Она ратовала за право женщин получать образование наравне с мужчинами, что должно было, по ее мнению, принести несомненную пользу государству в целом. Также мисс Уолстонкрафт писала романы, детские книги и книги о воспитании. Но не менее, чем сочинения писательницы, внимание «широкого круга» современников привлекала ее жизнь. В 19 лет девушка оставила родительский дом, служила компаньонкой и гувернанткой, недолго – школьной учительницей; затем решила зарабатывать на жизнь писательским ремеслом. Либеральный издатель Джозеф Джонсон помог Мэри найти в Лондоне жилье и работу и ввел в круг интеллектуальной лондонской элиты. Тогда же она познакомилась с Уильямом Годвином, но эта встреча взаимной симпатии не вызвала. Мэри Уолстонкрафт было уже за тридцать, когда она влюбилась в художника Генри Фюсли.

Она писала ему письма, восхищаясь его работами, и в конце концов предложила заключить с ним и его женой «тройственный союз» («платонический», – спешат уточнить биографы). Реакция Фюсли была радикальной: он тут же порвал с Мэри все отношения. В декабре 1792 года молодая женщина отправилась в охваченную революционными бурями Францию, где встретила американского авантюриста Гилберта Имлея. Обстановка была крайне неподходящей для создания семьи и рождения детей, но Мэри влюбилась – и стала матерью. Имлей на ней жениться не собирался и не женился, но поскольку Англии была объявлена война и его подруга превратилась в подданную враждебной державы, он чисто формально зарегистрировал ее как свою жену. Материнство привело ее в восторг, но счастье продлилось недолго – возлюбленный быстро охладел к ней. Некоторые ее друзья уехали, другие были арестованы, третьи погибли, и Мэри осталась с младенцем на руках без помощи и поддержки. Им с маленькой Фанни повезло вернуться на родину, но повезло только в этом – скоро молодая женщина окончательно убедилась, что с Имлеем у нее общего будущего нет. И вот тут Мэри Уолстонкрафт повела себя по меньшей мере странно. По ее словам, она совершила две попытки самоубийства: сначала пыталась отравиться опием, но ее якобы спас Имлей, затем решила утопиться, для чего долго бродила под дождем, чтобы «утяжелить одежду». Вторая (если на самом деле была хоть одна) попытка самоубийства успехом тоже не увенчалась: по словам Мэри, ее «спас случайный прохожий». Сама она считала такой шаг хладнокровно продуманным поступком: «я не позволю считать отчаянной попыткой то, что было одним из самых спокойных действий разума. В этом отношении я ответственна только перед самой собой. Если бы я беспокоилась о том, что называют репутацией, именно другими обстоятельствами я была бы обесчещена». Почему сочинительница детских книг, щедро раздававшая рекомендации по воспитанию девочек, будущих матерей, не озаботилась судьбой крошечного существа, перед которым она была ответственна в первую очередь? Душевные бури утихли, а сердечные раны Мэри затянулись на удивление быстро: описанные события произошли не ранее середины 1795 года, а уже в апреле 1797-го беременная Мэри пошла под венец с Уильямом Годвином. Знакомые этой пары отзывались об их союзе как о «счастливом и прочном», но проверить его на прочность возможности, к сожалению, не представилось: родив 30 августа 1797 года вторую дочь, Мэри-старшая через 10 дней умерла от родовой горячки. Для Годвина смерть жены была тяжелым ударом – он очень любил ее. Уильям создал вокруг имени покойной ореол совершенства и воспитал ее дочерей в поклонении памяти матери. В год ее кончины он издал «Воспоминания об авторе “Защиты прав женщины”». Книга вызвала неоднозначную реакцию: овдовевший супруг изложил биографию своей жены вполне откровенно, и его упрекали в том, что он «раздел покойницу»…

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 52/2012
№ 51/2012
№ 50/2012
№ 49/2012
№ 48/2012