Личности 1/2006

Юлия Князева

ПОВЕРЖЕННЫЙ МАГНАТ

Уильям Рендольф Херст хрестоматийный чело- век. Первый медиамагнат. Создал индустрию новостей и придумал делать деньги на сплетнях и скандалах. Именно его газеты убедили сотни тысяч простых американцев в том, что их касается буквально все, что происходит на свете. Он владел газетной империей, которая охватывала все Соединенные Штаты, имела издания в 25 важнейших городах страны и влияла на умы американцев больше, чем Библия. При жизни общество сурово осуждало Херста. А сейчас, по прошествии полувека, начинает вспоминать с ностальгическим чувством. Это ностальгия по масштабу. Тогда, в конце 19-го – начале 20-го века, Уильям Рендольф Херст был способен в одиночку повернуть настроение целой нации. Его увлечением было строительство замков, достойных сказочных замков маркиза Карабаса. Его богатство было несметным, его обеднение – сокрушительным. Когда он познакомился с Мэрион Дэвис в середине 20-х, ему было уже 54, ей – всего 20. Он уже не был похож на Оскара Уайльда, скорее, на дядюшку Сэма – большого, толстого и с сигарой во рту. Он давно уже был газетным магнатом, обремененным браком и детьми, а она – восходящей звездой бродвейских кабаре. Вскоре он произнес заветные слова: «Я хочу на тебе жениться» и «Я куплю для тебя киностудию и сделаю из тебя звезду». Жена Херста развода не дала. Но Дэвис повела себя безошибочно. «Мне нужен ты, а не пустые формальности», – сказала она, и их совместная жизнь стартовала. 34 года рядом с самым богатым человеком Америки, давшим ей все, о чем она так мечтала, гуляя по унылому монастырскому двору в плохо сшитой темно-синейученической форме. Они стали самой удивительной неженатой парой в мире. «Я построю для тебя сказку! – сказал ей Херст своим высоким, почти визгливым голосом. – Я построю замок, каких не видала еще ни одна принцесса!» И он свое обещание выполнил. Херст жил с размахом. Во всех его поступках было нечто грандиозное. Его замок близ небольшого городка Сан-Симеон – ни на что не похожая усадьба. На ее великолепие (впрочем, давящее) владелец затратил неслыханные суммы. Он разграбил пол-Европы, чтобы обставить свой дом, а чего не смог купить, то приказал скопировать.

Херст жил с размахом. Во всех его поступках было нечто грандиозное. Его замок близ небольшого городка Сан-Симеон – ни на что не похожая усадьба. На ее великолепие (впрочем, давящее) владелец затратил неслыханные суммы

Все 130 комнат замка и гигантский сад заполняла шокирующая смесь предметов, поражавших своим разнообразием. Он поселил в этом замке ЕЕ – свою любимую женщину – и свозил туда драгоценности со всего мира. Манекенщица, малоизвестная актриска стала в одночасье владычицей всего этого великолепия. Некоронованной королевой. Она целыми днями сидела возле бассейна и пила. Потому что чувствовала себя такой же драгоценной вещью этого огромного нелепого замка, похожего больше на диковинные декорации к спектаклю. Не такой представляла она свою жизнь. Он приказал слить воду из бассейна, чтобы она случайно не утонула. Однажды, в самом начале их отношений, Дэвис изящно напомнила Херсту, что у него есть жена, но нет собственной звезды. И он стал делать звезду. Начал с простого: купил студию и за бешеные деньги – $2000 в неделю – нанял сценариста.
На черно-белых кадрах вдруг оживает Мэрион  Дэвис. Она вовсе не так хороша, как современные звезды Голливуда. Но тогда еще женские чары не производили промышленным способом. И для Херста она была лучшей. Он просто любил ее. Толстокожий и циничный магнат, который разграбил пол-Европы, чтобы обставить свой дворец, он нежно и трепетно любил свою бесталанную избранницу и готов был бросить к ее ногам не только лучшие драгоценности мира, свой дворец, Голливуд, но и самого себя. Падение Херста было стремительным, скандальным, унизительным и совершенно неожиданным. Крушение Херста обрушилось на них, как ураган. Все – и друзья, и враги – думали, что тут-то Мэрион и оставит его, но ошиблись. Когда-то она решила немного пожить в его кошельке, а поселилась в его сердце. Сейчас она могла бы переселиться в более обеспеченное сердце, но не захотела. Дэвис собрала подаренные Херстом драгоценности, продала их и отдала ему миллион долларов. «Я посредственная актриса, но не посредственная женщина», – сказала она и спасла своего малосимпатичного друга от банкротства.

Она спасла его от банкротства, но даже Господь Бог не мог спасти его от смерти, когда его время пришло. Херст умирал долго и мучительно. Агония продолжалась целых четыре года. Вечно пьяная Мэрион металась по их замку в Лос-Анджелесе, разговаривала сама с собой, никого не узнавала. Ей казалось, что в доме стоит гул от разговоров, и это заставляет невыносимо страдать больного. Она кормила его с ложечки, обтирала лицо салфетками, но все время повторяла, что жизнь сложилась не так, как могла, и что она жалеет, что столько лет промучилась сама и, вероятно, мучила его.

Гавловский Фед
1 Ноября 2006
Интересная статья. Всем рекомендую прочитать о причудах богатых. Интересно, неужели обладающий неограниченными финансовыми ресурсами, человек начинает чудить так же как Херст? В то же время понимаешь, что есть на свете вещи дороже денег, но без денег их не купишь! Fed®
Беляков Евгений Александрович
20 Июля 2006
Хорошая статья. И правильно, что не разменивается автор на мелкие подробности быта. Но - тем не мене - хотелось бы ощутить своего рода присутствие Федорова (в принципе любого, о ком пишут). Это - множество фотографий, портретов. Ну, предположим, фотографий Федорова нет, но так ведь есть же несколько портретов... С комментариями. Вообще, весь узелочек всего того, что от человека осталось... А так остается все-таки чувство абстракции...

Другие номера издания «Личности»

№ 4/2006
№ 3/2006
№ 2/2006