Личности 3/2006

Вадим Эрлихман

ТРИ МИРА – ТРИ ГАЙДАРА

В этой семье, как в зеркале, отразились все величие и ужас ХХ века с его романтическими палачами, ворами-идеалистами и детьми, предающими отцов. В этом столетии судьба России и соседних стран вместила в себя целых три эпохи, и в каждой из них семейство Гайдаров оставило свой след.

Первый из Гайдаров, Аркадий, изначально был Голиковым и жил в приволжском Арзамасе. Его мать Наталья происходила из дворян и находилась в отдаленном родстве с самим Лермонтовым. В свое время ее отец, штабс-капитан Аркадий Сальков, отказался благословить союз дочери с крестьянским сыном Петром Голиковым, угрожая отрезать ей косу. Дочка оказалась упрямой – сама отхватила себе косу и ушла к любимому на скудные учительские хлеба. В январе 1904 года у супругов родился первенец Аркадий, потом появились на свет Наталья, Ольга и Екатерина. Жили дружно: отец, приходя из школы, столярничал, мать стряпала, а Аркаша с мальчишками совершал набеги на соседские огороды.

Он рос озорником, но был наделен обостренным чувством справедливости – никогда не врал и не увиливал от наказания. Рано полюбил читать и увлеченно изучал все книги, найденные в родительском шкафу.

Когда отца забрали на фронт Первой мировой, мать сошлась с богатым заводчиком. То ли из протеста, то ли из того же чувства справедливости сын пытался бежать – сначала в «германскую», потом, уже после революции – в Красную Армию. Последний эпизод описан в повести «Школа». Если верить ей (что довольно сложно), то уже тогда, в 14 лет, Аркадий впервые убил человека, который пробирался к белым, – такого же мальчишку, как он сам. На войне счет убитым его рукой пошел на десятки.

Юноша отличался бесшабашной храбростью и, к тому же был грамотным, чем могли похвастаться далеко не все красные командиры. Отсюда быстрый служебный рост: на петлюровском фронте Голиков командует ротой, на польском – батальоном.

Весной 1924-го Голикова уволили из армии. Скоро Аркадий создал семью, женившись в Перми на 17-летней комсомолке Лии Лазаревне Соломянской. В декабре 1926 года у них родился сын Тимур. К тому времени Голиков остался без дела и, скучая, начал пробовать силы в писательстве. Он изложил историю своих приключений, подписав ее звонким именем «Гайдар».

В этой семье, как в зеркале, отразились все величие и ужас ХХ века с его романтическими палачами, ворами-идеалистами и детьми, предающими отцов. В этом столетии судьба России и соседних стран вместила в себя целых три эпохи, и в каждой из них семейство Гайдаров оставило свой след

Вырванный судьбой из детства Гайдар и сам в чем-то остался ребенком и умел разговаривать с маленькими читателями на равных. Но было и другое – пьянство, скандалы, припадки безумия. К памяти о кровавых делах гражданской добавился семейный разлад – жена ушла к другому, забрав с собой сына. В 1937 году в общем потоке репрессий оказалась арестованной и Лия Соломянская. Гайдар звонил на Лубянку наркому Ежову: «Сволочь, отдай мою Лийку!» Как ни странно, его не тронули, хотя на всякий случай завели дело. Когда началась война, Гайдар отправился на фронт, и погиб под Каневом. После смерти Аркадий Петрович окончательно вписался в пантеон советских героев.

Гайдар-второй занял трибуну партийного публициста. Не питая особых иллюзий по поводу партийной верхушки, он послушно писал то, что требовала очередная «генеральная линия», а разлад с совестью устранял при помощи коньяка. Сочетая гипноз отцовского имени с собственным талантом, Гайдар пробился в главные военные журналисты Страны Советов. Выполнял деликатные поручения властей на Кубе, в Югославии и в Афганистане.

Гайдар-третий рос серьезным мальчиком. Ему с детства предсказывали экономическую карьеру. «Не рассчитывай на фамилию. Ты всего должен добиваться сам». Под таким прессингом Егор, в котором бушевали гайдаровские гены, едва не сломался, но карьеризм победил, и Гайдар-третий включился в научную работу под началом академика Шаталина. В 1988 году молодого доктора наук отправили на семинар Римского клуба в Репино под Ленинградом. Там «акулы капитализма» два года учили капитализму будущую команду реформаторов – Гайдара, Чубайса, Авена, Коха. В Москву Егор Тимурович вернулся убежденным сторонником «шоковой терапии», которую защищал с пылом, достойным своего деда. После августовского путча он оказался единственным, кто объяснил Ельцину, что делать с экономикой. Эта уверенность сыграла свою роль – в ноябре 1991-го Гайдар занял в правительстве сразу три поста: первого вице-премьера (а фактически премьера), министра экономики и министра финансов.

Он любил называть себя и своих соратников «командой смертников». Действительно, либерализация цен, одним махом обездолившая большинство населения, обеспечила Гайдару множество врагов. На митингах его обвиняли в предательстве дедовских идеалов, называли «буржуином» и «плохишом».

Сегодня он все чаще воспринимается как деятель ушедшей эпохи, чуть ли не наравне со своим знаменитым дедом. Собственно говоря, они похожи не только внешностью, но и обстоятельствами биографии – оба жили в бурные времена, дедушка в семнадцать командовал полком, внук в тридцать пять – правительством. Сегодня в семье Гайдаров подрастают сыновья – Петр, Иван и Павел. Судя по всему, они не станут сидеть тихо и тоже впишут в историю свои страницы – хорошо бы, пером или кистью, а не точками пуль и росчерками бездумных указов. 

Другие номера издания «Личности»

№ 4/2006
№ 2/2006
№ 1/2006