Личности 3/2006

Игорь Судак

«СМЕРТЬ – ЭТО ПРОБЛЕМА» А ПРОБЛЕМЫ НАДО РЕШАТЬ

Конец пятидесятых – начало и средина шестидесятых годов прошлого века, вошедшие в историю как «хрущевская оттепель», предоставили отличную возможность заявить о себе новому поколению. И оно в полной мере этой возможностью воспользовалось, заявив настолько разнообразно и мощно, что за этим поколением так и закрепилось название «шестидесятники». Окна, еще со следами крестов от бумажных лент, приоткрылись – и ворвавшаяся в страну весенняя свежесть поманила молодых, энергичных и амбициозных предчувствием небывалых свершений.

Нам жить, 
Этот воздух степной пить 
И по звездным морям плыть, 
И бессмертными быть!

Эта песня вполне выразила мироощущение «шестидесятников». Политическая, общественная, культурная и научная жизнь забурлила новыми идеями и событиями. Шестидесятые годы также ознаменовали и начало нового этапа позитивного решения проблемы личного бессмертия. В прессе стали появляться статьи на эту тему. Различные направления борьбы ученых-«шестидесятников» за устранение фатальности смерти в итоге соединились в единую научную концепцию практического бессмертия человека, ставшую преемницей дерзновенного полета прежде всего русской философской мысли, идущей еще от «Философии общего дела» Федорова. Научная мысль в конечном счете пришла к важному выводу: в природе нет запретов на бессмертие человека. И хотя общество в целом по-прежнему очень неохотно это воспринимало, в науке произошли серьезные изменения. Замечательная плеяда ученых-«шестидесятников» сделала немало в этом направлении. И, несмотря на то, что из сегодняшнего дня нам кажется, что таких людей было уже немало, на самом деле каждому из них приходилось в одиночку идти своим путем, преодолевая давление закоснелых устоев. Ученый-философ Игорь Вишев – один из них. Он не только всерьез пошатнул своими трудами укоренившийся веками догмат всесилия смерти, но и сумел вывести идеологию бессмертия из области фантазий и мечтаний на уровень полноправной науки. Жизнь ученого – многолетнее бескомпромиссное противостояние общественному мнению, причем не только в науке.

Поступление в лучший университет страны и успешная учеба, безусловно, стали победой незрячего молодого человека над вердиктом неполноценности – он доказал, что сможет быть полезным людям

В четырнадцать лет в результате несчастного случая Игорь Вишев получил сильнейший химический ожог лица и глаз и потерял зрение. За три года ему было сделано более двадцати пластических и глазных операций, но восстановить зрение даже частично не удалось. Легко сникнуть духом и, сломавшись, поплыть по течению пособий по инвалидности и постоянной зависимости от милости людей. Так с большинством из переживших подобную беду и происходит. Но Игорь Вишев не захотел такой судьбы.

Поступление в лучший университет страны и успешная учеба, безусловно, стали победой незрячего молодого человека над вердиктом неполноценности – он доказал, что сможет быть полезным людям. И даже в личной жизни Игорь Вишев опроверг привычную обывательскую логику. «Он меня стихами завоевал, он мне столько их посвятил! А как он их читает!» – не раз вспоминала со смехом лаборантка физического факультета Оля Николаева, держа за руку своего дорогого мужа, – и еще оптимизмом покорил, веселым нравом!» Более счастливую пару, чем супруги Вишевы, в МГУ трудно было сыскать. Привычка решительно ломать стереотипы, разрушать судьбой возведенные преграды, выбирать непроторенные дороги закалила Вишева и превратила его в человека, неподвластного влиянию окружающих.

Счастье, наполнявшее грудь и заставлявшее быстрее биться сердце Игоря Вишева после рождения дочери, острым осколком больно царапнула мысль о том, что, давая жизнь, мы ведь одновременно даем и смерть. И нет никаких сил ни на земле, ни на небе, чтобы остановить действие этого сурового закона. Игорь Вишев задался резонным вопросом: «Почему люди, достигшие таких выдающихся успехов в самых различных областях науки и техники (как раз за месяц до этого был запущен первый в мире искусственный спутник Земли), мирятся с неизбежностью своей смерти и не принимают никаких серьезных мер для противодействия этому?»

«Вишев сошел с ума! Он потерял уже не только зрение, но и рассудок! – говорили между собой именитые философы. – Он утопист и ему не место в серьезной науке»

Вишев собирает материал для будущей докторской, которую он твердо решил писать по теме, ставшей его призванием. «Бессмертие!.. – писал Вишев в одной из своих статей. – Можно ли сыскать среди человеческих чаяний более сокровенное и вожделенное, чем мечту людей о неограниченно долгой и достойной жизни, не омрачаемой постоянно фатальностью недалекой смерти? Вряд ли!» Но в философских справочниках не находилось места даже такому понятию «бессмертие» не говоря уже о «философии бессмертия».

Коллеги-ученые настоятельно советовали ему оставить эту свою «сомнительную и дискуссионную» тему, или, по крайней мере, отложить ее до лучших времен. Старшие товарищи насмешливо утверждали, что не только защитить докторскую диссертацию он никогда не сможет, но даже не опубликует ни одной научной работы. Но для Вишева диссертация не являлась самоцелью, и он не мог оставить тему практического бессмертия неразработанной. Слишком важна она, чтоб соглашаться на компромиссы. И он в который раз пошел против общественного мнения – с еретической мыслью о возможности людей жить неограниченно долго. И тут же со всех сторон на него посыпались обвинения в ненаучности, резкое неприятие, отказы в публикациях. «Вишев сошел с ума! Он потерял уже не только зрение, но и рассудок! – говорили между собой именитые философы. – Он утопист и ему не место в серьезной науке».

Сегодня и обычные люди, и особенно ученые все менее склонны считать заведенный порядок незыблемым. Уже не одиночки-подвижники, а тысячи институтов и лабораторий подключаются к поиску решений по изменению действия механизмов старения и смерти. И когда госпожа Смерть, еще сегодня могучая и беспощадная, а завтра покорная и сникшая, все-таки будет отправлена поумневшим и повзрослевшим человечеством на заслуженный отдых, среди тех, кто этому немало поспособствовал, будет Игорь Вишев, сказавший однажды по-житейски просто: «Смерть – это проблема, а проблемы надо решать».

Елена
24 Октября 2016
вместо того чтобы пересказывать книгу "Нефертити - красота грядет" Алины Реник лучше бы посоветовали ее прочесть!!!
Настя Игнатова
13 Августа 2009
О нем тоже писали :)
Наталья
13 Декабря 2006
странно, что вы опубликовали статью о Фиделе, но ничего не написали об Эрнесто Геваре, который в кубинской революции сыграл, на мой взгляд, более важную роль, чем Фидель...

Другие номера издания «Личности»

№ 4/2006
№ 2/2006
№ 1/2006