Личности 50/2012

Владимир Белов

СЕРГЕЙ ЕСЕНИН: ПО ГРАНИ ПРАВДЫ И ЛЕГЕНДЫ

Сколько бы нам ни говорили, что живой Есенин и герой есенинской лирики – люди разные, мы продолжаем искать свою правду о жизни поэта между написанных им строк. Жизнь вся изжита им в стихах, но и при полной биографической достоверности – это полностью придуманная жизнь. Да и в автобиографиях есенинских правды часто не больше, чем в его стихотворениях. Не случайно же сам он не однажды говорил: «Ложь, ложь там все!» – а со временем просто перестал писать автобиографии и отвечать на вопросы анкет: «Пусть лучше легенды ходят! Верно?»

К мечте мальчика стать поэтом в семье отнеслись скептически. «Пустое дело… Ну, а если тянет – пиши про рожь, но больше про кобыл», – запомнились ему комментарии и рекомендации домашних. По утверждению Есенина, именно «родная русская кобыла» привела его к славе, а значит, эти советы не были лишены крестьянского здравомыслия. Сережа родился 21 сентября (3 октября) 1895 года в селе Константинове Кузьминской волости Рязанской губернии и уезда. Последние поколения семьи от земли постепенно отдалялись – если прадеды крестьянствовали, то деды занимались еще и отхожим промыслом, а отец Сергея, Александр Никитич Есенин, уехав из села подростком, более тридцати лет проработал в Москве. У него был прекрасный дискант, мальчиком он пел в церковном хоре. Петь на свадьбы и похороны приглашали со всей округи. Саше было двенадцать лет, когда матери предложили отдать его певчим в рязанский собор, но та не согласилась: муж ее рано умер, она оказалась одна с четырьмя малолетними детьми на руках. Вместо собора Александр был отправлен в Москву, «мальчиком» в мясную лавку, где первые годы работал за еду и одежду. В восемнадцать лет он приехал домой жениться; невесте, Татьяне Титовой, шел семнадцатый. После свадьбы новобрачный отправился обратно в Москву и в деревне бывал лишь наездами (домой вернулся он только в 1918 году и уже совершенно больным – страдал хронической астмой). Свекровь и невестка невзлюбили друг друга с первых же дней, и с первых же дней пошел в семье разлад. А когда Татьяна родила второго сына (вскоре умершего), отец не признал его своим и перестал высылать деньги, бросив и жену, и первенца на произвол судьбы. Мальчик с двух лет оказался на попечении деда с материнской стороны, Федора Титова, в полном смысле слова заменившего своему внуку отца. Позднее поэт вспоминал, что в доме часто собирались слепцы, странствующие по селам, пели духовные стихи. Совсем маленьким ребенком, трех-четырех лет, он ходил с бабушкой в расположенный верст за сорок от деревни Радовецкий монастырь: «Я, ухватившись за ее палку, еле волочу от усталости ноги, а бабушка все приговаривает: “Иди, иди, ягодка, Бог счастье даст”». Есенин неоднократно говорил, что он «из богатой старообрядческой крестьянской семьи», что его дед по матери был не только «зажиточным мужиком», но и «старообрядским начетчиком» и «книжником».

Однако исследования биографов поэта доказывают, что дед Есенина не был ни старообрядцем, ни книжником. А ко времени переезда к нему внука не был уже и зажиточным. В молодости он нанимался на баржи, затем приобрел свои, получал неплохой доход, но потом разорился: две принадлежавшие ему баржи сгорели, остальные утонули… Так что матери приходилось обеспечивать и себя, и Сергея, на прокорм которого дед велел ей высылать по три рубля в месяц. «Неграмотная, беспаспортная, не имея специальности, мать устраивалась то прислугой в Рязани, то работницей на кондитерской фабрике в Москве», – вспоминала ее дочь Александра. Татьяна судилась с мужем, просила развод – тот отказал; просила разрешения на получение паспорта – пользуясь правом мужа, он отказал ей и в паспорте. Прожив пять лет у дедушки, Сергей вернулся с матерью в отцовский дом. В 1909 году Сергей окончил Константиновское земское училище, затем три года проучился в Спас-Клепиковской второклассной церковно-учительской школе. Стихи он начал писать лет с восьми-девяти, хотя позднее утверждал, что его «сознательное» поэтическое творчество началось в шестнадцати-семнадцатилетнем возрасте. В Спас-Клепикове им было написано более 30-ти стихотворений, составлен рукописный сборник «Больные думы» (1912), оставшийся при жизни поэта неопубликованным. Школьный учитель литературы отмечал удивительную легкость есенинских стихов и то, что к концу обучения в них «стали просачиваться и серьезная мысль, и широта кругозора, и обаяние поэтического творчества». Он советовал Есенину заняться литературой «под чьим-нибудь хорошим руководством», поселившись в Москве или Питере, – «иначе трудно надеяться, чтобы стать на современный уровень литературных исканий и быть замеченным». В мае 1912 года Сергей был «удостоен Советом сей школы звания учителя школы грамоты», но учительствовать не собирался. Летом уехал из Константинова в Москву и поступил в контору владельца мясной лавки купца Крылова – там приказчиком работал его отец. Однако возвышавшиеся поблизости корпуса знаменитой книжной фабрики Сытина притягивали его много больше, и в начале 1913 года Есенин поступил в типографию «Товарищества И.Д. Сытина», где поначалу работал в экспедиции, а затем в корректорском отделении. Начинающий литератор полагал, что так он скорее увидит свои стихи в печати. Он даже распространял среди рабочих социал-демократический журнал «Огни», намереваясь в нем публиковаться. Увы! Журнал был закрыт, а в типографии не спешили печатать произведения своего сотрудника. Сослуживцы недолюбливали Есенина за чрезмерное самомнение и заносчивость, а за кукольную красоту прозвали «вербным херувимом»...

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 52/2012
№ 51/2012
№ 49/2012
№ 48/2012
№ 47/2012