Личности 52/2012

Денис Эртель

СОФОНИСБА АНГИССОЛА: ОСОБЫЙ СЛУЧАЙ

Все в жизни этой женщины происходило словно вопреки обстоятельствам и ожиданиям, а не в соответствии с ними. Но каждый новый поворот судьбы она встречала, что называется, «с открытым забралом»

Некоторую путаницу в дату ее рождения внес Антонис ван Дейк, посетивший Софонисбу Ангиссолу, тогда уже синьору Ломеллино, в 1624 году. Он сделал наброски со старой дамы, к которой современники относились как к живой легенде. Да и как иначе? Помимо весьма преклонного возраста, до которого в те времена частых и жестоких эпидемий доживали очень редко, синьоре некогда давал уроки сам великий Микеланджело! А сейчас она, уже несколько лет назад оставившая кисти и краски и почти потерявшая зрение, но сохранившая всю живость мысли, советовала молодому художнику, какое освещение для нее будет наиболее выгодным.

Ван Дейк отметил, что его модели было 96 лет. Он ошибся (или сам был невольно введен в заблуждение) – и ввел в заблуждение биографов. На самом деле Софонисба появилась на свет около 1532 года, и ко времени их встречи художнице было 92.

У Амилькара Ангиссолы и Бьянки Понцоне, принадлежащих к знатнейшим семействам Кремоны, было семеро детей – шесть дочерей и сын. Отец, страстно увлекавшийся древней историей, дал своим отпрыскам звучные имена: Софонисба, Миневра, Елена, Европа, Асдрубал... Правда, две дочери получили весьма распространенные имена Лючии и Анны Марии.

Софонисба была, скорее всего, самой старшей. К несчастью, Бьянка рано умерла. Женился ли отец второй раз, неизвестно, но нигде на рисунках и картинах его дочерей нет изображения мачехи – только отец, дети и служанки.

Какая судьба могла ожидать знатных девушек? Получение необходимого минимума знаний, а далее – замужество, как правило, довольно раннее, или, по склонности, – монастырь. Однако Амилькар был человеком с независимыми взглядами и не считал обязательным следовать традициям. Все его дети получили весьма основательное образование – дочери, имевшие талант к живописи, брали уроки у мастеров, сын и одна из дочерей, Миневра, преуспели в литературном творчестве и глубоком знании латыни. Их обучали также и музыке. Известными в Кремоне и даже за ее пределами одаренные девушки стали довольно быстро. Джорджо Вазари, встречавшийся с семьей Ангиссола, когда Софонисба уже жила в Испании, рассказывал в своих «Жизнеописаниях»:

«Не меньшую славу оставила по себе и покойная сестра ее [Софонисбы] по имени Лючия, несколькими своими живописными работами, не менее прекрасными и ценными, чем названные работы ее сестры, о чем можно судить в Кремоне по портрету, написанному ею с синьора Пьетро Мариа, превосходного лекаря, и в еще большей степени по портрету герцога ди Сесса, изображенного талантливой девушкой настолько хорошо, что, как кажется, лучшего и не сделать, и не написать портрета, который так живо передавал бы сходство.

Третья сестра Ангиссола, по имени Европа, воплощенные изящество и добродетель, еще в девичьем возрасте; я беседовал с ней в этом году и, судя по ее работам и рисункам, сестрам своим, Софонисбе и Лючии, она не уступит. Она уже написала много портретов кремонских дворян естественно и поистине превосходно... А так как и четвертая сестра, Анна, совсем еще маленькая девочка, также учится рисованию, делая большие успехи, не знаю, что уж мне и сказать, кроме того, что надо от природы иметь склонность к добродетели, а потом дополнять ее упражнениями и ученьем, как это делают эти четыре благородные и одаренные сестры.

Но если женщины так хорошо умеют делать живых людей, следует ли удивляться тому, что те из них, которые пожелают, сумеют сделать их также хорошо и на портрете?»

В дальнейшем Елена, Анна Мария и Европа оставили живопись: первая удалилась в монастырь, две других вышли замуж. Лючия умерла рано, в 20 лет. Еще подростками Амилькар отдал дочерей в обучение к Бернардино Кампи, тогда еще молодому художнику (он был на 10 лет старше 15-летней Софонисбы). Впрочем, известность как живописец Кампи завоевал уже в 19 лет, а со временем приобрел прославившую его смелую и энергичную манеру письма. Он был сыном живописца Пьетро Кампи, который и стал его первым учителем. Впоследствии Бернардино написал множество полотен на религиозную тематику и украсил своей живописью не один храм в Ломбардии. У него было много учеников, и его влияние на итальянское искусство в XVI веке называют «самым здоровым и бодрящим». 

Софонисба была его ученицей три года. На память об этом (кроме усвоенных навыков) осталась написанная ею картина «Бернардино Кампи, пишущий портрет Софонисбы Ангиссолы» – в нескольких вариантах. Это полотно интересно тем, что главный персонаж здесь все-таки не художник, а его модель, а кроме того – очень красноречиво. Рука Кампи приходится на сердце Софонисбы, что многие исследователи трактуют как знак сердечной склонности. А на одной из незаконченных картин и левая рука девушки написана дважды – и лежащей на поручне кресла, и касающейся руки ее учителя... Впрочем, все эти легко читаемые тогда и невнятные ныне символы излишни: достаточно взглянуть на светящееся любовью лицо восемнадцатилетней Софонисбы. Что помешало им соединиться – различие в положении, отсутствие взаимности, наличие семьи у Кампи?.. Любого из этих обстоятельств было бы достаточно.

Но им еще предстояло встретиться – спустя много лет.

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 51/2012
№ 50/2012
№ 49/2012
№ 48/2012
№ 47/2012