Личности 54/2013

Владимир Пузий

БРАТЬЯ ГРИММ: ПРАВДА О СКАЗОЧНИКАХ

Они известны благодаря лишь малой толике того, что им удалось сделать. И даже здесь все путают: ведь братья Гримм никогда не писали сказок – они их собирали. И никогда не утверждали, будто собирают именно немецкие сказки, всего лишь те, что бытовали на территории нынешней Германии. Ну и наконец – над первыми изданиями «Сказок» работали не двое, а трое братьев Гримм!.

Семья была довольно многочисленной: у Филиппа Вильгельма Гримма и Доротеи Циммер за тринадцать лет супружеской жизни родилось девять детей. Трое умерли еще во младенчестве, остальным же были уготованы очень разные и непростые судьбы... Отец работал адвокатом, затем городским регистратором в Ханау, где и появились на свет два самых знаменитых его отпрыска: 4 января 1785 года – Якоб, и 24 февраля 1786 года – Вильгельм. А в 1791 году Филиппа Вильгельма назначили окружным судьей и перевели в Штайнау, откуда он был родом и где на городском кладбище покоились останки его дедов и прадедов.

Годы, пока был жив отец, были самыми светлыми и беззаботными для семьи, она еще была единым целым, еще были дружны между собой все пять братьев Гримм. Увы, в дальнейшем жизнь развела их: Карлу и Фердинанду довелось повоевать в наполеоновских войнах, затем первый стал купцом, а второй пытался работать в книготорговле, сочинительствовал... Что до Людвига, то он стал знаменитым художником – но об этом подробней будет сказано в свой срок. Период жизни в Штайнау важен еще и потому, что именно здесь, как признавался позже Якоб, братьям Гримм «внушена была глубокая любовь к отчизне, каким образом – не знаю, ибо говорить об этом не говорили тоже, но у родителей никогда не проявлялось ничего такого, в чем сквозило бы иное убеждение; нашего князя мы считали лучшим, какой только возможен, наш край – благословеннейшим из всех; мне помнится, что мой четвертый брат, которому впоследствии раньше и дольше нас пришлось жить за границей, в детстве раскрашивал все города и реки на карте Гессена более яркой краской».

Германия в это время была раздроблена на множество мелких государств, и в каждом процветал местечковый патриотизм, но у братьев Гримм он со временем перерос в подлинную, глубокую любовь к родному краю, стал основным мотивом в их жизни и творчестве. В январе 1796 года в возрасте сорока четырех лет умер Филипп Гримм. Доротея осталась с шестью детьми на руках; старшему было одиннадцать, младшенькой, Лотте, три года. Состояния, которое оставил покойный окружной судья, хватало лишь на самое необходимое. Пришлось переехать в квартиру поплоше и как следует затянуть пояса. А ведь детям необходимо было дать образование! Филипп Гримм хотел, чтобы старшие мальчики пошли по его стезе и, получив университетские дипломы, стали государственными чиновниками в Гессене.

Поэтому в Штайнау их отдали в обучение городскому прецептору Цинкхану – человеку, преподававшему одновременно основы арифметики, правописания, закона Божьего, латинского языка, а также игры на скрипке и фортепьяно. При этом прецептор был сторонником старорежимных методов педагогики, хотя и не без определенного творческого к ним подхода: все палки и кожаные плетки, с помощью которых он поддерживал в своих учениках прилежание, имели собственные имена и каждая строго соответствовала степени той или иной провинности.

Разумеется, родители понимали, что Цинкхан – не лучший наставник для их сыновей, но вот на лучшего-то как раз денег не хватало. А после смерти отца – и подавно. К счастью, на помощь пришла сестра матери, Генриетта Филиппина Циммер, служившая первой камеристкой у ландграфини Гессенской. В 1798 г. она забрала Якоба и Вильгельма к себе в Кассель и поместила на полный пансион в лицей. Отныне в Штайнау они бывали только на каникулах, а по-настоящему родным городом стал для них Кассель.

Прошло несколько лет, прежде чем Якоб с Вильгельмом отправились в Марбург, чтобы заняться изучением юриспруденции.

Детям из провинции, без должного образования, было бы нелегко преуспеть, но тетушка Циммер дала им возможность брать и дополнительные уроки – в итоге, помимо шести часов занятий в лицее, ежедневно Якоб с Вильгельмом примерно столько же проводили с частными учителями. А подрастающий Якоб, вдобавок, старался заботиться о матери и брал на себя все хлопоты, связанные с деловыми вопросами. Многочасовое ежедневное корпенье над учебниками не лучшим образом сказалось на здоровье братьев, однако оно же позволило им без труда поступить в Марбургский университет.

Именно в эти годы между Якобом и Вильгельмом укрепилось то дружество и сотрудничество, которое продолжалось всю жизнь. Хотя (а может, именно потому что) характеры их были отнюдь не схожи, братья были единомышленниками и всегда поддерживали друг друга. Якоб был «академичней» и серьезней, Вильгельм – более эмоционален и артистичен. В Марбурге студенты прозвали их «Стариком» и «Малышом» соответственно. Оба добросовестно старались усвоить все, что казалось им интересным и полезным; в то же время лекции преподавателей, не внушавших им доверия и уважения, братья Гримм попросту не посещали. Тогда же, в Марбурге, состоялось знакомство с одним из самых важных людей в их жизни. Фридрих Карл фон Савиньи занимался изучением римского права и преподавал в университете, будучи всего-то на шесть лет старше Якоба Гримма.

Позднее Якоб вспоминал: «Ничего иного не могу я сказать о лекциях Савиньи, кроме того, что они сильнейшим образом меня захватили и оказали самое решительное влияние на всю мою жизнь и мои занятия».

Алик
7 Июня 2016
Cтатья о Роми написана очень поверхностно, автор не потрудился вникнуть в коллизии реальных отношений Шнайдер и Делона. Многие факты упущены или шаблонны...

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 64/2013
№ 63/2013
№ 62/2013
№ 61/2013
№ 60/2013