Личности 57/2013

Елена Бутакова

ДЖОРДЖ ЭЛИОТ: ЖИТЬ В РАДОСТИ

«Рискуйте открывать свое сердце, рискуйте почувствовать свою боль. Радостно живите в настоящем. И прежде всего – любите, любите друг друга», – говорила женщина, у которой оснований для подобных оптимистичных призывов было гораздо меньше, чем у многих представительниц ее пола. Писательницу Джордж Элиот иногда называют английской Жорж Санд – как одну из самых свободомыслящих женщин своего времени. А философия ее была предельно проста: милосердие и снисходительность к ближнему, готовность жить без счастья и открытая для него дверь

В 1813 году вдовец Роберт Эванс, всеми уважаемый управляющий поместья Арбэри Холл в Уорикшире, женился на местной уроженке Кристине Пирсон. Их младшая дочь Мэри Энн родилась 22 ноября 1819 года; вскоре семья переехала в новый дом, расположенный между Ньюнитоном и Ковентри.

Лучшим другом раннего детства Мэри Энн был ее старший брат Исаак, но по мере взросления их душевная близость постепенно сошла на нет. Много позднее и эта детская дружба, и практичность матери, дочери фермера, и цельность прямодушного отца найдут отражение в романах Джордж Элиот, – как и окружавшие ее идиллические картины английской природы.

Книг в доме было мало, и хозяева отца, заметив возросший интерес девочки к чтению, разрешили ей пользоваться их библиотекой. Мэри Энн получила традиционное для того времени образование в нескольких школах. В одной из них она попала под влияние своей учительницы и подруги Марии Левис, и с юношеским рвением погрузилась в изучение христианства. Однако религиозной и нравоучительной литературы для ее пытливого ума было явно недостаточно, и девочка запоем поглощала произведения Скотта, Шиллера, Байрона, Сервантеса. Как это часто бывает с заядлыми читателями-подростками, она стала потихоньку сочинять и сама – не слишком удачные стихи, которые предпочла поскорее забыть. Зато ее прозаические сочинения на английском и французском языках обратили на себя внимание преподавателей и удостоились школьной награды. У Мэри Энн были и музыкальные способности, она обладала красивым голосом и могла аккомпанировать себе на фортепиано. А вот успехом у сверстников похвастаться не могла, поскольку из-за своей некрасивости была мучительно застенчива.

В 1836 году тяжело заболела и вскоре умерла мать Мэри Энн; девочке пришлось оставить учебу и помогать сестре Кристине, а когда та в следующем году вышла замуж, полностью взять домашнее хозяйство в собственные руки. Через пять лет, в связи с женитьбой Исаака, возникла необходимость смены места жительства. Роберт Эванс выбрал окрестности Ковентри. Не последнюю роль в его решении сыграла надежда подыскать в крупном промышленном городе достойную партию для младшей дочери. К двадцати годам она превратилась в очень серьезную, даже меланхоличную, и чрезвычайно набожную девушку, к сожалению, совершенно лишенную какой бы то ни было внешней привлекательности – худую, с непропорционально большой головой и «лошадиной» физиономией. Вопреки надеждам отца, Мэри Энн нашла в Ковентри не жениха, но круг людей, знакомство с которыми полностью перевернуло ее мировоззрение и изменило всю дальнейшую жизнь.

Они собирались в доме богатого фабриканта Чарльза Брея, который отличался широтой взглядов, оказывал материальную помощь больницам, открывал школы. В интеллектуальном кружке Брея обсуждались литературные, философские, теологические вопросы, в том числе реальность описанных в Библии чудес. Как известно, от вопросов до сомнений рукой подать, и, проделав этот короткий путь, Мэри Энн пересмотрела свои религиозные убеждения. Она пришла к мысли, что христианство основано на «смеси правды и вымысла», а поскольку верить наполовину не умела, вообще отказалась посещать церковь. Эта робкая, очень неуверенная в себе и совсем молодая девушка оказалась достаточно волевой, чтобы противопоставить свои убеждения общественному мнению. Ее решение вызвало страшный гнев Роберта Эванса – он грозился выгнать дочь из дома, и хотя свое намерение не осуществил, однако не разговаривал с ней почти год. Будучи горячо привязана к отцу, Мэри Энн страдала не меньше его, но принципами не поступалась.

Интеллектуалы, в кругу которых девушка вращалась в Ковентри (в том числе философы Герберт Спенсер и Чарльз Хеннел и один из родоначальников профсоюзного движения Роберт Оуэн), направили ее интересы по новому пути. Под влиянием Спенсера она погрузилась в философию позитивистов, от которых переняла идею, что «мы определяем свои поступки, но и наши поступки определяют нас».

Первые шаги в литературе Мэри Энн сделала в качестве переводчика (не считая стихотворения, опубликованного в 1840 году в «Кристиан Обсервер») – поскольку она хорошо знала Библию и немецкий язык, друзья посоветовали ей взяться за перевод книги философа и теолога Дэвида Штрауса «Жизнь Иисуса». Кропотливая работа заняла около двух лет, и 1846 году издатель Джон Чепмен издал эту книгу, представлявшую Христа не исторической, а мифологической фигурой. Переводы философских работ, в том числе Фейербаха и Спинозы, изучение позитивизма сформировали главный жизненный принцип писательницы – «религию сердца», нравственность без богопочитания. Этот сложный период моральных исканий совпал для Мэри Энн с личными проблемами: в 1849 году после долгой болезни, во время которой дочь преданно ухаживала за ним, умер ее отец.

Чтобы оправиться от переживаний последних месяцев и поразмыслить о будущем, девушка отправилась с семейством Брей в путешествие по Швейцарии и Италии. В Женеве, покоренная красотой и покоем этих мест, она решила задержаться.

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 64/2013
№ 63/2013
№ 62/2013
№ 61/2013
№ 60/2013