Личности 59/2013

Юрий Белецкий

ДИАЛОГ ОБ ОГНЕ

Юрий Белецкий (главный редактор):  Когда в прошлом номере журнала я попытался разложить все человеческие судьбы на четыре таких сакральных стопочки, это была, конечно, шутка. Но, как говорится, «в каждой шутке есть доля шутки». 

Если мы говорим о «человеке-огне», то, пожалуй, его сущностная, глубинная черта – самоотверженное служение идее. В «огненный» ряд можно поставить многих фанатичных революционеров, пророков и воителей: Ганнибала, Спартака, Жанну д’Арк, Лютера, Ивана Грозного, Робеспьера, Ленина. Но не только борцов с властью за власть – я бы отнес сюда и Джордано Бруно, Христофора Колумба, Исаака Ньютона, Марию Примаченко, Пабло Пикассо и многих других. Из наших современников –  очевидно, Виктора Цоя. Но ряд длинный, и не обрывается…

А что думает о стихиях и «огненных судьбах» Михаил Дубинянский, один из самых активных авторов проекта «Личности»?

М.Д. Четкая классификация не всегда уместна и возможна. Мы ведь говорим не о коллекции минералов, а о живых людях, чьи характерные черты нередко смешаны и сглажены. К тому же человеку свойственно меняться. Кто-то по молодости лет играет с огнем, а потом остывает, превращаясь в тихого обывателя.

Но есть и очевидные случаи. Некролог товарищу Дзержинскому, опубликованный в «Правде», говорит сам за себя: «Это был настоящий огонь революции, яркий, как факел, неукротимый, как ураган, испепеляющий, как великая страсть, которая пожирает все».

Почему в первую очередь на ум приходят бунтари и деспотичные правители? Видимо, потому, что их пламенная суть лучше видна окружающим из-за разрушительных последствий. Огонь, пылающий в душе поэта, может сжечь лишь его самого и близких ему людей. А пламя, бушующее внутри Робеспьера или Ленина, пожирает тысячи и миллионы чужих судеб.

Ю.Б. Не думаючто стоит возлагать всю ответственность за негативные последствия на этих людей. Это люди «не от мира сего», по их природе у них нет личных интересов, а часто и обыкновенной личной жизни. Как правило, это жизнь-жертва, жизнь, слитая воедино с одной-единственной идеей. Замечу, кстати, что «цивилизованный и демократический» мир дает заметно меньше примеров самоотверженного и бескорыстного служения человечеству. По крайней мере, в традиционной для людей Огня идейно-политической сфере…

М.Д. Ну, служат такие политики все-таки не человечеству, а собственному представлению о человечестве. И часто этот субъективный образ далек от реальности. Да и личные комплексы вроде детских потрясений Ивана Грозного никуда не исчезают – просто вытесняются в подсознание, исподволь определяя поведение личности. Убежать от своего «я» нельзя, хотя человек-огонь и стремится к этому.

Ему важно почувствовать себя исполнителем высшей воли, «мечом Господним». Отсюда истовое богопочитание – даже у таких извергов, как Грозный. А у революционеров-бежбожников – не менее истовая вера в разум и прогресс. Перефразируя известных сатириков, «не корысти ради, а токмо волею пославшей мя Истории».

Конечно, это не рисовка перед окружающими, а глубокая внутренняя потребность. Огненный человек постоянно убеждает в этом самого себя и отсюда черпает силы.

Ю.Б. Заметьте, что такие люди не стремятся «приватизировать» идеи, которыми вдохновляются. Они искренни в своем служении истории. И возникают чаще как предвестники тектонических процессов в обществе или познании. Более чутко, чем другие, они воспринимают еще малозаметные толчки рождающейся новой реальности и самоотверженно провоцируют ее приход (возможно, в ХХІ веке уместнее назвать их «провайдерами» будущего). Их усилиями привычный мир чаще рушится, чем создается. А если и возникает что-то новое на какое время, то как у Беранже:

…Если к правде святой

Мир дороги найти не умеет,

Честь безумцу, который навеет

Человечеству сон золотой!

М.Д. Можно долго спорить об исторической необходимости. Но разве прежде всего неугасающий пожар не нужен самому человеку-огню?

Вспоминается старинная французская карикатура «Завершение террора»: Робеспьер казнил всех, кого можно, и последним гильотинирует палача. В реальности якобинский вождь не успел довести начатое до конца. Зато это удалось многим другим деятелям. Иван Грозный истребил всех внутренних врагов, реальных и мнимых. Владимир Ильич и Феликс Эдмундович увидели завершение Гражданской войны и красного террора. Мартин Лютер застал поражение папства и торжество Реформации на своей родине. И что же?..

Их последние годы прошли в унынии, разочаровании и глубокой депрессии. Вокруг сгорело все, что можно было сжечь, и пожар потух. А остаться на пепелище для такой личности очень тяжело.

Ю.Б. Думаю, что это не так просто. Среди «огненных» людей наверняка есть разные психологические типы, различные темпераменты. Они по-разному реагируют на успех и неудачу. Потом, для открытий и революций тоже требуется время. Это время меняет не только мир, но и личность реформатора. И распад смысла – вполне закономерный итог. Но для истории результат остается неизменным.

М.Д. Безусловно, наши герои меняли ход истории, но ведь желаемого не достигали. Да и не могли достичь, поскольку гнались за воображаемым идеалом.

Сгоравшие в битвах с врагом хотя бы верили, что погибают ради грядущего торжества великой идеи. Тягостнее приходилось тем, кто побеждал и видел, что идеального мира все равно нет. Наверное, для Дзержинского было бы лучше погибнуть во время левоэсеровского мятежа в 1918 году, чем позднее задохнуться в бюрократических дебрях СССР. А для Лютера – быть сожженным на костре за Слово Божье, нежели скончаться в комфорте и почете, сознавая, что его мечты пошли прахом.

Пламенные личности могут сгореть в огне и проиграть. Могут испепелить врагов и победить. Но добиться своего они не смогут никогда. Не выходит ли, что их жизнь становится горением ради самого горения?

Ю.Б. Нет, с этим я не соглашусь. Для меня много огненных личностей и в науке, и в искусстве. Нельзя вернуть незнание, нельзя закрыть Америку и снова поставить Землю на трех слонов. И даже если ограничиться идейно-политическими фигурами, которые наиболее многочисленны и ярки в этом амплуа, то результат их деятельности трудно переоценить. Даже если они его не ожидали и «не согласны с обоими».

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 64/2013
№ 63/2013
№ 62/2013
№ 61/2013
№ 60/2013