Личности 60/2013

Михаил Дубинянский

МИХАИЛ КОЛЬЦОВ: ДИВНЫЙ НОВЫЙ МИР

Кто может считаться влиятельным журналистом? Автор, чьи искрометные статьи читает вся страна? Вездесущий репортер, колесящий по свету? Основатель популярнейших печатных изданий? Человек, вхожий в высшие правительственные сферы? Исполнитель особых поручений в горячих точках? Михаилу Кольцову было по плечу все: от редактирования «Огонька» и «Крокодила» до репортажей из Турции и Афганистана, от фельетонов для «Правды» до секретных операций в воюющей Испании. А еще легендарный журналист сталинской эпохи делал нечто большее: с помощью своего пера создавал новую цивилизацию, не имевшую аналогов в истории. Правда, завершился этот творческий эксперимент печально

Михаил Ефимович Кольцов появился на свет 31 мая 1898 года в Киеве. В детские и юношеские годы он носил родительскую фамилию – Фридлянд. Его отец, ремесленник Ефим Фридлянд, не получил никакого образования, зато был мастером на все руки – шил обувь, столярничал, слесарничал, занимался изготовлением портфелей и чемоданов, чинил часы и переплетал книги. Поднакопив денег, открыл небольшое обувное производство. Недостатка в клиентах не было, и семья жила безбедно.

Вскоре после рождения первенца Фридлянды переехали в город Белосток в Гродненской губернии. Здесь Михаил поступил в реальное училище. Его младший брат, известный советский карикатурист Борис Ефимов, доживший до почтенного 108-летнего возраста, вспоминал:

«Миша был живой и смелый мальчик, с богатой фантазией, неистощимый выдумщик, охотник до всяких веселых, озорных затей, в которые старался втянуть и меня, гораздо более флегматичного и ленивого. Уже на школьной скамье Миша обращал на себя внимание литературной одаренностью. Он не только отлично писал классные работы по русскому языку, но и сочинял рукописные школьные журналы, в которых писал статьи и сатирические стихи за подписью Михаил Синдетиконов (по названию популярного в то время клея). Меня он заставлял рисовать для этих журнальчиков карикатуры и шаржи».

Родители мечтали, чтобы старший сын стал врачом, и в 1915 году Михаил Фридлянд поехал учиться в Психоневрологический институт в Петрограде. Но медицина не слишком увлекала юношу – ему хотелось чего-то более яркого и масштабного. Он начал активно сотрудничать в журнале «Путь студенчества», писал статьи на злободневные темы, взял интервью у депутата Госдумы Александра Керенского. А затем вспыхнула Февральская революция 1917 года, поставившая крест на учебе.

Разве можно думать о медицине, когда вокруг происходят великие дела, когда рядом творится история?! Студент Фридлянд немедленно кинулся в самую гущу событий, стараясь везде успеть и ничего не пропустить. Он дневал и ночевал в здании Государственной думы, слушал революционных ораторов, вместе с дружинниками принимал участие в аресте царских министров и повторял им же придуманную фразу: «Именем восставшего народа и Совета Рабочих Депутатов предлагаю вам немедленно следовать за нами!»

По свежим следам молодой человек опубликовал брошюру «Как Россия освободилась», горячо приветство-вал Временное правительство, писал для различных петроградских изданий. Медику Михаилу Фридлянду состояться было не суждено, зато родился журналист Михаил Кольцов.

Октябрьская революция была встречена Кольцовым не так восторженно, и он долго колебался в своем отношении к новой власти. Но затем пришел к выводу, что историческая правота на стороне большевиков, и вступил в коммунистическую партию. Увлекся документальной кинохроникой, работал при Наркомате просвещения, вел съемки в Кронштадте, в революционной Финляндии, на Западном фронте. А летом 1918 года Михаил Кольцов был прикомандирован к советской дипломатической миссии и отправился в родной Киев, оккупированный немецкими войсками.

В Киеве он сошелся с известной драматической актрисой Верой Юреневой. Пленительная дива была старше Кольцова на 22 года, но молодой журналист пришелся ей по вкусу. Современники так описывают его внешность: «Невысокий, ладный, красивый... Большие очки, миндалевидные, чуть грустные, но в разговоре мальчишеские, смешливые глаза; тонкое матовое, выбритое до синевы египетское лицо и нежный белый лоб...» Вскоре Юренева и Кольцов поженились. Вместе с мужем актриса уехала в Москву, где блистала в революционных пьесах. Впрочем, продлился этот скоропалительный брак недолго – через четыре года супруги расстались, и Михаил женился на юной москвичке Лизе Ратмановой.

А пока Кольцова всецело захватил вихрь Гражданской войны. В 1919 году он записался в ряды Красной Армии, был политработником Южного фронта, издавал армейскую газету, объездил всю Украину, охваченную боями. Об этом бурном времени Михаил напишет: «Газету выпускали мы в наступающем или отступающем вместе с армией поезде, подбодряя героев и останавливая трусов, в безлунные чернильные ночи на пароходе, в случайных городишках по выбору военной судьбы». После возвращения в Москву началось сотрудничество с «Правдой» – дебютным стал очерк о батьке Махно. А когда весной 1921-го матросы Кронштадта взбунтовались против советской власти, Кольцов вместе с атакующими шел к мятежной крепости по льду, чтобы увидеть все, а затем написать подробный репортаж.

Михаил Кольцов как будто сросся со страной, возникшей из пороха и крови на его глазах. Гражданская война завершилась, и пришло время создавать новый советский мир. Газетчик с головой окунулся в работу. Свое творческое кредо он формулировал так: «Я пишу не для себя. Мне холодно и одиноко в высоких одноместных башнях из слоновой кости. Я чувствую себя легко у людского жилья, там, где народ, где слышатся голоса, где пахнет дымом очагов, где строят, борются и любят. Я себя чувствую всегда на службе»…

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 64/2013
№ 63/2013
№ 62/2013
№ 61/2013
№ 59/2013