Личности 62/2013

Марина Ливанова

«ПАРИЖ, ПАСТЕР»

Он не был биологом, но дал начало целому направлению биологической науки. Не был врачом, но произвел революцию в медицине. Не был экономистом, но вернул стране суммы, сопоставимые с размером военной контрибуции. Не был религиозен – но оказался втянут в теологический спор на стороне Творца…

Человек, чью фамилию – с маленькой буквы, в составе прилагательного – сегодня может прочесть каждый на упаковке молока: Луи Пастер

В детстве и юности он очень хорошо рисовал. Сохранились портреты родителей, знакомых и родственников, написанные пятнадцатилетним мальчиком уверенно, почти профессионально.

Жан-Жозеф Пастер, ветеран наполеоновских войн, был кожевником, как и его отец и дед. Вернувшись с войны, Жан-Жозеф женился и обзавелся собственной кожевенной мастерской. В семье Пастеров родились четыре дочери и единственный сын Луи, появившийся на свет 27 декабря 1822 года в городке Доле департамента Юра. Впрочем, он был еще совсем маленьким, когда семья переехала в расположенный неподалеку Арбуа – этот город и его окрестности Луи всю жизнь будет считать родными местами и неоднократно сюда приезжать.

Луи Пастер учился в начальной школе и затем в Арбуазском коллеже, где был самым юным учеником, и окончил его со степенью бакалавра гуманитарных наук. Очень рано, в шестнадцать лет, он сам стал учительствовать в коллеже в соседнем городе Безансоне, посещая там же занятия по математике и химии; по математике Пастер тоже сдал экзамен на степень бакалавра, по химии же получил посредственную оценку; но заинтересовал его по-настоящему именно этот предмет.

Еще во время учебы Луи в Арбуа преподаватели посоветовали его отцу отправить сына в Париж – продолжать образование. Первая попытка не удалась: подросток начал мучиться головными болями и вынужден был вернуться домой, но через четыре года, уже после Безансона, попробовал еще раз. Год юный Пастер провел в Париже, учась в коллеже Людовика Великого и параллельно слушая в Сорбонне лекции профессоров, в частности, знаменитого химика Жана-Батиста Дюма. В конце 1843 года Луи поступил в Эколь Нормаль, Высшую школу, сдав экзамены блестяще (особенно для провинциала) – четвертым по списку.

С этого момента он совершенно забросил то, что давалось ему гораздо легче химии, – рисунок и портретную живопись. Сохранилось немало набросков и портретов друзей и знакомых (по отзывам, похожих), выполненных юным Пастером. «Хорошо, что этот химик не занялся живописью: мы бы нашли в нем опасного соперника», – скажет позже, увидев его работы, художник Жан-Леон Жером. Однако кисти Луи оставил – раз и навсегда.

Как замечал первый биограф Пастера, его зять Рене Валлери, таково было базовое свойство натуры ученого: при всей широте спектра его интересов, деятельности и открытий он совсем не умел что-либо с чем-либо совмещать. В каждый конкретный период времени этот человек мог заниматься только чем-то одним, всецело на этом сосредоточившись.

В последний год обучения в Эколь Нормаль Луи Пастер выдержал конкурс на место преподавателя – и его чуть было не отправили читать физику в лицей города Турнон в пятидесяти километрах от Парижа. Своего студента отстоял преподаватель Антуан-Жером Балар, первооткрыватель химического элемента брома. В лаборатории Балара молодой Пастер проводил целые дни, работая сразу над двумя диссертациями: по физике и по химии, причем работая настолько интенсивно, что его отцу приходилось просить в письмах приятеля сына, Шарля Шапюи, чтобы тот хоть изредка вытаскивал Луи на улицу.

Первая диссертация называлась «Исследование явлений, относящихся к свойствам жидкостей вращать плоскость поляризации», вторая – «Исследование мышьяковистых соединений калия, натрия и аммиака». Защиту обеих, состоявшуюся 23 августа 1847 года, Луи посвятил своим родителям, и растроганный отец писал ему: «То, что мы не можем судить о них, ничуть не уменьшает нашего удовольствия». Свои исследования Пастер продолжил и после окончания Нормальной школы.

А тем временем наступил февраль 1848 года, король Луи-Филипп был низложен, на улицах Парижа появились баррикады. Охваченный всеобщим революционным подъемом, Луи записался в Национальную гвардию и слал родителям восторженные письма: «Какими прекрасными и возвышенными уроками являются все события, которые развертываются на наших глазах! (...) Если понадобится, я храбро буду бороться за святое дело республики».

По семейной легенде, пересказанной биографом Пастера Рене Валлери-Радо, когда Луи увидел на парижской площади палатку с надписью «Алтарь Родины», где собирали деньги на нужды революции, он специально сбегал домой и, вернувшись, «возложил на алтарь» все свои сбережения – хотя за несколько месяцев до этого жаловался Шапюи, что ему не хватает средств на поездку в Германию.

Но революционные события улеглись, и 20 марта 1848 года Луи Пастер уже представил на заседании Академии наук свою новую работу. Открытие Пастера, заставившее заговорить о нем научную общественность, касалось гемиэдрии кристаллов: молодой химик разделил винную кислоту на составляющие ее микроскопические кристаллы с разными оптическими свойствами – правосторонние и левосторонние.

Его увлекала теоретическая работа и лабораторные исследования, но в то время лабораторий при институтах и университетах было очень мало, и ученых к ним не прикрепляли. Академия направила Пастера преподавать физику в провинциальный Дижонский лицей, где приходилось иметь дело с потоком из восьмидесяти первокурсников: молодой преподаватель мечтал о том, чтобы их было хотя бы пятьдесят…

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 64/2013
№ 63/2013
№ 61/2013
№ 60/2013
№ 59/2013