Личности 72/2014

Яна Дубинянская

НИКОЛАЙ НЕКРАСОВ: ДРАМА НА ОХОТЕ

Когда его любимая женщина застрелила его любимую собаку, он будто бы (так припомнил кучер) сказал: «Что ты плачешь, о чем убиваешься? Эту собаку ты нечаянно убила, а каждый день где-нибудь на свете людей нарочно убивают. Нисколько на тебя не сержусь, но дай свободу тоске моей, я сегодня лучшего друга лишился».

Простил. Хотя кто знает.

О жизни Николая Алексеевича Некрасова, игрока, охотника и любителя женщин, можно было бы рассказать в форме остросюжетной драмы или даже бульварного романа на грани фола. Но ему досталась в школьных учебниках скучнейшая из возможных биографий

Николай Алексеевич Некрасов и сам не знал точно, где он родился. В прижизненных биографиях местом его рождения называли родовое имение Грешнево между Ярославлем и Костромой, куда на самом деле будущего поэта привезли трехлетним. А место его рождения биографы установили позже: украинский город Немиров, где был тогда расквартирован 36-й егерский полк, место службы Алексея Сергеевича Некрасова.

В 1817 году поручик Некрасов женился на дочери украинского, а по другой версии – польского дворянина, семнадцатилетней Елене Закревской. «Бывая особенно часто в Варшаве, он влюбился в дочь Закревского – о согласии родителей, игравших там видную роль, нечего было и думать. Армейский офицер, едва грамотный, и дочь богатого пана – красавица, образованная; отец увез ее прямо с бала, обвенчался по дороге в свой полк – и судьба его была решена. Он подал в отставку», – такую романтическую версию событий изложил на склоне лет сам Николай Алексеевич, и на особую достоверность она не претендует: познакомились его родители не в Варшаве, а в местечке Литин Подольской губернии, а в отставку Некрасов-старший вышел через пять лет после свадьбы, уже в чине майора.

Брак оказался плодовитым: всего у супругов было четырнадцать детей. Николай был третьим по счету, он родился 28 ноября (10 декабря) 1821 года. В конце 1824-го семья переехала в Грешнево – родовое имение Некрасовых на берегу реки Самарки, притока Волги. Некрасов-старший, по воспоминаниям очевидцев, с женой не церемонился, мог и руку на нее поднять и, не особенно скрываясь, кутил с крепостными любовницами.

«Прапрапрадед ваш проиграл семь тысяч душ, прапрадед – две, дед (мой отец) – одну, я ничего, потому что нечего было проигрывать», – рассказывал Алексей Некрасов сыну об истории своего рода и бурной молодости, полной мужских удовольствий. Несмотря на сложные взаимоотношения с отцом, страсть к игре Николай унаследует от него в полной мере, равно как и вторую – к охоте. Охотился он вместе с отцом и братьями с детства, к пятнадцати годам уже стрелял птицу влет и имел опыт хождения на волка.

Выйдя в отставку, Алексей Сергеевич принялся железной рукой налаживать крепостное хозяйство, вопреки семейной легенде, отнюдь не подчистую проигранное предками. Грешневские крестьяне рассказывали биографам, изучавшим жизнь поэта по горячим следам в девятнадцатом веке, что телесные наказания в усадьбе были обычным делом. Здесь неизменно секли за пьянство, не прощали оплошностей на охоте. Барщина составляла шесть дней в неделю, и на себя крестьяне могли работать только в воскресенье. Однако экономический эффект такого хозяйствования был небольшой: хозяин Грешнева едва сводил концы с концами.

В 1832 году в Ярославскую гимназию были зачислены братья Некрасовы: двенадцатилетний Андрей и одиннадцатилетний Николай. Отец снял мальчикам квартиру в Ярославле, с ними поселился крепостной дядька, но уследить за братьями не сумел – очень скоро Андрей с Николаем начали регулярно прогуливать гимназию, бродить по окрестностям и поигрывать на бильярде в трактире. Однако первый класс Николай все же закончил с хорошими отметками: сказалась общая начитанность, приобретенная благодаря матери.

В гимназии он начал писать стихи, о которых отзывался потом исчерпывающе: «что ни прочту, тому и подражаю». Успеваемость же гимназиста постоянно падала, и в 1837 году он полностью завалил экзамены. На неуспеваемость наложилась хроническая задолженность Некрасова-старшего по уплате за обучение сыновей, от которой несостоятельный грешневский помещик тщетно пытался освободиться. В том же году Николая забрали из гимназии с расплывчатой формулировкой «по расстроенному его здоровью».

Год он провел в Грешневе, сопровождая отца, в то время полицейского исправника, в его служебных выездах на трупы и бытовые конфликты. В конце этого года совсем юным умер от болезни Андрей Некрасов, любимый брат.

Летом 1838 года Николай Некрасов отправился в Петербург. Отец отпустил сына в столицу поступать в Кадетский корпус, снабдил деньгами и рекомендательным письмом к столичному знакомому генералу Полозову. Но Николай задумал авантюру, в которую была посвящена мать: равнодушный к военной карьере, поступать он собирался в Университет.

Генерал Полозов с супругой намерение юноши одобрили, но (возможно, и без всякой задней мысли) дали знать отцу. Эпистолярный гнев Алексея Сергеевича был ужасен, но Николай дерзко ответил: «Если вы, батюшка, намерены писать ко мне бранные письма, то не трудитесь продолжать, я, не читая, буду возвращать вам письма».

Теперь оставалось надеяться только на себя и готовиться к вступительным экзаменам – Некрасов держал их через год после приезда в Петербург.

Экзамены он провалил.

«Я дал себе слово не умереть на чердаке», – вспоминал позже Некрасов экстремальные годы завоевания столицы.

Поначалу, впрочем, жил он в Петербурге неплохо: еще были отцовские деньги, позволявшие снимать дешевую меблированную комнату, имелся круг общения с земляками-ярославцами, тоже приехавшими штурмовать Университет. Прорвался юный Некрасов и в литературные сферы…

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 76/2014
№ 75/2014
№ 74/2014
№ 73/2014
№ 71/2014