Личности 77/2015

Марина Ливанова

ГАРРИ ГУДИНИ: ИСКУССТВО СВОБОДЫ

Его называли красивым литературным словом «эскапист».

Гарри Гудини за считанные секунды мог освободиться от наручников. За минуты – открыть любой замок, развязать узлы смирительной рубашки, сбросить кандалы. Мог проделать все это под водой, на весу в воздухе или даже будучи привязан к пушечному жерлу. Скованный по рукам и ногам, мог выбраться из герметичного стального куба или из резервуара, наполненного водой. Мог, бросая вызов местным властям и прессе, в рекордные сроки сбежать из настоящей тюрьмы, американской или российской.

 «Не оскорбляйте меня, называя иллюзионистом, – сказал он как-то журналистам. – Я – мастер освобождения»

Он считал себя американцем и, пожалуй, гордился этим: карьера Гарри Гудини – типичный случай воплощения «американской мечты». Но родился все-таки по другую сторону Атлантики, в Будапеште: накануне Второй мировой в архиве одной из пештских синагог отыщут запись о рождении у раввина Меера Самуэля Вайша 24 марта 1874 года сына по имени Эрик. Тем не менее день рождения знаменитый эскапист всю жизнь будет праздновать 6 апреля, а родиной называть город Эпплтон, штат Винсконсин.

Семья раввина Вайса (фамилия, конечно, американизировалась) поселилась тут в 1878 году. Несмотря на смерть двух старших детей, она оставалась многочисленной: пятеро сыновей и дочь. Эрик, для домашних Эри (на слух – почти Гэри, Гарри) был средним сыном. По легенде, это был ребенок-уникум, который постоянно разбирал замки, воровал сладости из запертого комода и консультировал слесарей, вскрывавших заклинившие двери. А в девять лет (по другой версии – в одиннадцать) якобы сбежал с бродячим цирком, покорив хозяина потрясающим номером: вися на трапеции вниз головой, он ресницами(!) собирал с пола рассыпанные булавки. Серьезные биографы все-таки считают эту потрясающую историю вымыслом.

Но в любом случае детство Эрика закончилось довольно быстро. Ему было четырнадцать, когда семья переехала в Нью-Йорк, и о школе пришлось забыть: подросток пошел работать закройщиком на фабрику по производству галстуков «Г. Ричтерз Санз» на Бродвее. Через много лет уже знаменитый Гарри Гудини приедет сюда выступать по приглашению профсоюза. И услышит от бывшего коллеги шуточку с изрядной долей правды: «Эрик, самым великим освобождением в твоей жизни было освобождение от производства галстуков!»

Первым шагом к этому освобождению стала книжка, купленная у букиниста: «Воспоминания Робер-Гудена, посла, писателя и фокусника, написанные им самим». Знаменитый фокусник Робер-Уден (настоящее имя Жан Эжен Робер) стал кумиром юноши, тренировавшегося в карточных фокусах. Приятель с фабрики сказал ему, что во французском языке прибавление к фамилии буквы «и» означает «подобный такому-то». Когда Эрик узнал, что это не так, псевдоним «Гарри Гудини» было уже поздно менять.

Имя, по одной версии, было его собственным в домашнем варианте, а по другой – позаимствовано у факира Гарри Келлара, выступавшего тогда в Нью-Йорке: одним из его эффектных трюков было освобождение от веревки, которой кто-то из зрителей связывал его руки. Без сомнения, юный Вайс этот номер видел.

В апреле 1891 года семнадцатилетний закройщик Эрик Вайс ушел с галстучной фабрики – в большой мир.

Свобода выбора

С начала 1890-х биографы могут проследить жизненный путь юного Гудини разве что пунктиром, по имени, мелькавшему в театральных и цирковых программках. Он работал в варьете Хубера на 14-й улице, хозяин которого специализировался по трюкам освобождения от наручников. Этот фокус, эффектный и сравнительно легкий в исполнении (все наручники, выпущенные в то время, открывались одним и тем же ключом), был популярен в Америке на рубеже столетий. Затем молодой артист отправился в цирк на Кони-Айленд, обращался и к антрепренеру в Колумбию, штат Канзас (правда, неизвестно, с каким результатом).

Из дому Гарри, вопреки легенде, не сбегал и до конца жизни оставался преданным сыном и братом. В 1892 году раввин Вайс умер, завещав старшему сыну заботиться о матери. Конечно, миссис Вайс сомневалась, сможет ли дать кусок хлеба такое неверное занятие, как «цирковые фокусы». Конечно же, сын в конце концов ее переубедил.

В 1893 году в Чикаго проходила Всемирная выставка: грандиозное событие, куда, помимо официальных участников, со всей страны съехались артисты, выступающие под открытым небом. Отправились на выставку и Гарри с младшим братом Теодором Хардином по прозвищу Дэш. Они демонстрировали освобождение от веревок и трюки с «волшебным ящиком», который Гарри купил у разорившегося фокусника.

Повезло ли братьям на выставке, неизвестно. Есть сведения, что контракт с чикагским цирком «Коль и Миддлтон» – на двенадцать долларов в неделю – подписал один Гарри, без Тео. Затем в Нью-Йорке братья объединились снова и перебивались от контракта к контракту, демонстрируя свой номер с «волшебным ящиком»: один из «братьев Гудини» связывал другого и запирал в ящик, ненадолго задергивалась ширма – и вот уже в ящике сидит связанным другой брат.

Этот трюк, довольно простой, стал смотреться гораздо эффектнее, когда место партнера Гарри Гудини заняла партнерша – миниатюрная девушка по имени Бесс.

У Гарри Гудини был не самый выигрышный для артиста рост – пять футов пять дюймов (примерно 1 м 68 см), кроме того, современники отмечали, что он не умел с шиком носить одежду и всю жизнь изъяснялся на довольно безграмотном английском, – однако обаяния ему было не занимать. Позже Тео будет уверять, что Вильгельмина Беатрис Ранер (на сцене Бесси Реймондс), девушка из многодетной семьи еврейских эмигрантов из Германии, сначала заметила именно его, но неотразимый Гарри запросто увел девушку у брата...

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 88/2015
№ 87/2015
№ 86/2015
№ 85/2015
№ 84/2015