Личности 85/2015

Марина Ливанова

ВДОВА КЛИКО: «VEUVE» – ЗНАЧИТ «ШАМПАНСКОЕ»

Когда в начале 1814-го, взяв Реймс, русские солдаты и офицеры первым делом устремились наперегонки грабить винные подвалы Дома Veuve Clicquot-Ponsardin, сама вдова, узнав об этом от управляющего, сохранила олимпийское спокойствие.

«Сегодня они пьют, – будто бы уронила она, не вставая с кресла. – Завтра будут платить».

По другой версии, вдова Клико выразилась еще афористичнее: «Заплатит вся Россия».

Это, конечно, легенда – из тех, какими непременно обрастает старинное, с традициями, коммерческое предприятие.

Но то, что Россия заплатила, – исторический факт

«Из Реймса сообщают, что господин Клико-Мюирон – банкир, торговец тканями и владелец виноградников в престижном местечке Шампань – начал торговлю вином под названием “Клико”. Господин Клико намеревается перешагнуть границы королевства, чтобы предложить на суд иноземцев тонкость шампанских вин». Такое объявление появилось в «La Gazette de la France» 3 января 1772 года.

Таким образом, вино под маркой «Клико» выпускали еще до рождения будущей знаменитой вдовы. Филипп Клико-Мюирон был серьезно настроен на экспортную торговлю: уже летом того же года 60 бутылок шампанского отправились в Венецию, затем были освоены рынки Швейцарии, Германии и Бельгии, а еще через пять лет – Австрии и Чехии. И останавливаться на достигнутом винодел не собирался, нацелившись на самый масштабный из европейских рынков – российский.

А тем временем 16 декабря 1777 супруга мэра города Реймса Жана Николя Филиппа Понсардена Мари Клементина родила девочку, которую назвали Барб Николь.

Мсье Понсарден не только был причастен к большой политике, но и владел крупным текстильным бизнесом. Имелся у него и свой герб: рыбка, проплывающая под мостом. Жизненный путь его дочери был предопределен заранее: хорошая школа при королевском аббатстве в Сан-Пьер-ле-Даме и удачное замужество. Правда, согласно легенде, мать пророчила маленькой Барб Николь, что после замужества она станет знаменитой, но проверить это, увы, нельзя.

Традиционный сценарий не поколебали социальные потрясения, обрушившиеся на Францию, когда Барб Николь была совсем еще юной. Ее отец проявил высшую степень выживаемости в экстремальных политических условиях, сохраняя богатство и положение в обществе при любых властях. Французские монархи издавна короновались в Реймском соборе, и мсье Понсарден в свое время принимал у себя Людовика XVI и Марию-Антуанетту, однако во время Великой французской революции он поддержал восставших и называл себя якобинцем; позже сделался бонапартистом и получил от Наполеона (который тоже останавливался у него вместе с Жозефиной) баронский титул. Остался он на плаву и после реставрации Бурбонов.

Дочь подрастала, и отец подобрал ей жениха – юношу из семьи его круга. В июне 1798-го двадцатилетняя Барб Николь обвенчалась с сыном Филиппа Клико-Мюирона, Франсуа. Это были времена строжайшего революционного запрета на религиозные церемонии, но, будучи добрым католиком, мсье Понсарден с риском для жизни организовал тайное венчание молодых в винном погребе – во всяком случае, так гласит еще одна из многочисленных легенд Дома Клико-Понсарден.

В качестве приданого – это уже не легенда – Барб Николь принесла семье супруга обширные виноградники, которые пришлись весьма кстати для предприятия шампанских вин компании «Клико и сын». А священник будто бы подарил молодым на свадьбу «Памятку о разведении виноградников и о производстве вина» с описанием опытов легендарного монаха по имени Пьер Периньон.

«Скорее сюда! Я пробую звезды!» – будто бы воскликнул монах-бенедиктинец дом* Периньон, келарь аббатства Овилле близ Эперне в Шампани, когда в результате экспериментов с повторным сбраживанием белого вина у него получился игристый пенистый напиток – шампанское. Дому Периньону приписывают также изобретение герметичной пробки, позволяющей удерживать в толстостенной бутылке газ. На самом деле Шампань нельзя считать родиной этого напитка (шипучие вина были известны еще в античности и в библейские времена), однако широкое распространение, начиная со второй половины XVII века, они получили именно здесь.

Тут виноделам способствовала сама природа. Известковые почвы хорошо подходили для выращивания винограда. Меловые галло-романские шахты, откуда добывался белый камень для постройки Реймса, идеально годились для использования в качестве винных погребов. А особенности климата обуславливали вторичную ферментацию вина, которая, начинаясь с наступлением холодов, останавливала первичную, и в результате вино становилось пенистым.

На заре производства шампанского дело это было опасным: большой процент бутылок – иногда до половины – взрывался под давлением углекислого газа. Порой это происходило прямо в руках виноделов, и в винные погреба приходилось спускаться, защитив лицо железной маской. Из-за риска получить серьезную травму, а также из-за непонимания сути химического процесса шампанское называли «вином дьявола». Виноделие во Франции всегда было окружено множеством суеверий: в частности, считалось, что вино скисает и превращается в уксус, если к нему приближается женщина в известные дни. Для верности женщин предпочитали не подпускать к винным чанам вообще.

Неизвестно, распространялось ли суеверие на Барб Николь, но логично предположить, что бизнесом мужа она интересовалась еще при его жизни и имела возможность вникнуть в детали процесса (хотя как делового партнера ее, конечно, не воспринимали). А семейное дело процветало: в год коронации Наполеона, 1804-й, «Клико и сын» продали в разные страны, включая Россию, 100 000 бутылок шампанского...

 

* От латинского «dominus» – «господин».

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 88/2015
№ 87/2015
№ 86/2015
№ 84/2015
№ 83/2015