Личности 86/2015

Мальвина Воронова

МАДАМ ТЮССО: СОН МАРИОНЕТКИ

В биографии Мари Тюссо, прежде всего, обращает на себя внимание ее театральность. Кажется, что сюжет ее несколько искусственен, а действие – гиперболизировано. Здесь и загадка происхождения, и приближенность к коронованным особам, и кровавый фон Великой французской революции, и неповторимый талант, опередивший свое время. В ее жизни было немало счастливых случайностей и роковых виражей. Но, изучая ее, думаешь о другом…

Ведь, в сущности, Мари – статист из исторической массовки, блестяще сыгравший главную роль

Согласно сохранившимся архивным документам, Анн-Мари Грошольц (сегодня более известная миру как мадам Тюссо) была дочерью Жана Жозефа Грошольца родом из Эльзаса и Анн-Мари Вальде – дочери швейцарского священника. Родилась в Страсбурге. Отец ее принадлежал к династии французских палачей, однако фамильным ремеслом не занимался, а мирно делал гравюры, затем служил в армии и погиб в Австрии во время Семилетней войны еще до того, как родилась Мари, – осенью 1761-го.

Происхождение матери, равно как и количество ее официальных мужей и детей, не выяснено. Известно, что росла она в большой семье в окружении семи братьев. По одной из версий, родилась мадемуазель Вальде 4 октября 1743 года, а за Жозефа Грошольца, адъютанта генерала Вурмсера, который находился в тот период войны в Берне, вышла замуж в 1760-м. Анн-Мари была младше жениха на двадцать семь лет, и уже после смерти Грошольца (по другой версии) вышла замуж вторично. В 1765-м ее жизнь радикально изменилась: она переехала вместе с дочерью Мари в парижский дом скульптора Кюртиса, которому то ли приходилась сестрой, то ли служила  у него экономкой, то ли была его тайной женой.

Сама Мари утверждала, что Филипп* Кюртис – ее дядюшка, брат матери, который однажды предложил племяннице называть себя отцом. Безусловно, это порождает много вопросов: почему у него не было своей семьи и детей, почему сестру называли «экономкой» и т.д. Но за давностью времени на них затруднительно, да и совершенно не хочется отвечать. В любом случае «дядю» и его «приемную дочь» связывала искренняя и родственная любовь. Кем бы ни приходился Мари этот человек, он дал ей кров и заботу, развил ее талант и набросал эскиз ее будущей индивидуальности.

Ни мать, ни отец не занимали ее ум и воображение так, как он. Кюртис – главное действующее лицо ее детства и юности. И это не удивительно: талантливый, предприимчивый, авантюрный, он был неординарным человеком и колоритнейшей фигурой своего времени. Имея медицинское образование и обладая поразительной наблюдательностью, он начинал с того, что делал анатомические модели из воска, затем перешел на восковые портреты – головы и бюсты. Появились и богатые заказчики.

Кюртис был швейцарцем, имел медицинскую практику в Берне. Но однажды город посетил принц де Конти, который высоко оценил его мастерство портретиста, рассыпался в комплиментах, обещал протекцию и звал в Париж. Обласканный скульптор был вне себя от счастья: во-первых, в нем признали мастера, а во-вторых, особенно при наличии такого покровителя, перед ним открывались самые заманчивые перспективы. Принц слово свое сдержал, и щедрость его превзошла все самые смелые ожидания скульптора: Филипп получил дом на улице Сент-Оноре, заказы и связи в высших аристократических кругах, включая королевскую семью.

Восковые портреты пользовались большим спросом еще и потому, что обладали притягательным правдоподобием. Мастерская Кюртиса вскоре стала весьма популярной, а его салон привлекал интеллектуалов. Там полюбили бывать Вольтер и Руссо – двух этих имен достаточно, чтобы представить атмосферу его дома.

Из раннего детства у Мари осталось несколько ярких впечатлений. Это – переезд с матерью в Париж, коронация Людовика XVI и восковые фигурки в доме дяди. Всего их было свыше тысячи, и первое время она побаивалась реалистичных, но неживых людей и зверей. Впрочем, вскоре освоилась, когда дядя предложил ей самой попробовать делать цветы и фрукты. Под его руководством девочка училась рисовать, делать портретные эскизы, создавать сложные композиции, моделировать прически и даже шить.

В 1770 году Кюртис открыл свою первую выставку, и в этом же году попросил «дочь» запомнить внешность гостя, пришедшего в мастерскую, а затем – воспроизвести его портрет на бумаге и в воске. Мари было всего девять лет, но она прекрасно справилась с заданием, и вскоре смогла ассистировать дяде. А через два года начала самостоятельно работать с заказчиками, запечатлевая их в восковых скульптурах. Образование она имела самое поверхностное, начальное. Но был у нее Божий дар и широкие возможности для самообразования – в интеллектуальной среде дома.

Пройдет не так много времени, и во Франции вовсю заработает гильотина под одобрительные вопли возбужденной толпы. Ну а пока французы ликуют на празднествах, устроенных в честь бракосочетания Людовика XVI и Марии-Антуанетты. Предприимчивый г-н Кюртис выставил в своей лавке восковые портреты новобрачных, что имело огромный успех у посетителей.

10 мая 1774 году умер Людовик XV по прозвищу «Возлюбленный» – и закончилась эпоха французского гедонизма. Его преемник, Людовик XVI, несколько меньше любил женщин, но, как и его предшественник, стремился к роскоши и жил, разумеется, жизнью своего двора, а не народа. В 1776 году Кюртис открыл свою вторую выставку в Пале-Рояле, сфокусировав все внимание на фигуре короля (портрет был создан по картинам и гравюрам). Сходство, как говорят, было относительным, но лесть сыграла свою роль. Выставку посетили члены королевской семьи, включая самого Людовика XVI, и, разумеется, не ради Мольера или Руссо, которые тоже были отлиты в воске…

* В мемуарах мадам Тюссо он назван Жаном-Кристофом.

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 88/2015
№ 87/2015
№ 85/2015
№ 84/2015
№ 83/2015