Личности 89/2016

Михаил Дубинянский

ДЖИРОЛАМО САВОНАРОЛА: ДУХОВНЫЕ СКРЕПЫ

7 февраля 1497 года на главной площади Флоренции полыхало пламя. В огне гибли сочинения Овидия и Боккаччо, картины Боттичелли и других мастеров, нарядная одежда и ювелирные украшения, духи и зеркала, флейты и лютни, игральные карты и кости: словом, все, что ассоциировалось с греховной мирской суетой.

«Костер тщеславия» был разожжен по приказу Савонаролы – одного из самых ярких реформаторов в европейской истории. Флорентийский правитель-священник мечтал построить новое общество, но вскоре сам обратился в пепел

Джироламо Савонарола родился 21 сентября 1452 года в Ферраре.

Тогдашняя Италия была раздроблена на множество государств: Венецианская и Флорентийская республики, Миланское и Савойское герцогства, Неаполитанское королевство, папские владения с центром в Риме… Родной город Савонаролы принадлежал синьорам д’Эсте, герцогам Модены и Реджо.

Будущий реформатор происходил из знатной и состоятельной семьи. Его дед Микеле Савонарола был известным врачом, практиковал в Падуе и переехал в Феррару по приглашению местного правителя. Отец, Николо Савонарола, занимался коммерцией и взял в жены мантуанскую дворянку Елену Буонокорзи. У супругов родилось семеро детей, и наш герой был третьим из них.

Джироламо рос вдумчивым и одаренным мальчиком. Родные прочили ему медицинскую карьеру. Юный Савонарола изучал грамматику, риторику, философию, латынь, естественные науки. Но, получив всестороннее образование, он предпочел светским книгам Библию. Позднее Джироламо скажет: «Я тоже познакомился с поэтическими школами, бродил по неплодородным дебрям стихотворных размеров и при этом всегда подставлял руку под розгу. Но Божья благость раскрыла мне глаза, и я покинул эти дебри, чтобы насладиться более сладкими плодами в церковных садах».

Священное Писание нашло живой отклик в душе Савонаролы. Юноше импонировали христианский аскетизм, смирение, самопожертвование: идеалы, от которых постепенно отдалялась его родина.

В XV веке Италия была колыбелью европейского Ренессанса. Тут зачитывались античными трудами и сочинениями соотечественников – Петрарки, Данте, Боккаччо. Тут творили великие архитекторы, живописцы и скульпторы – Брунеллески, Боттичелли, Донателло. Тут процветали ремесла и торговля, выделывались изысканные ткани, мебель, посуда, украшения. Но материальный подъем имел оборотную сторону. Многие итальянцы осознали, что дожидаться царствия небесного совсем не обязательно: можно жить здесь и сейчас. Они старались взять от земного существования все – деньги, власть, плотские удовольствия.

«Никогда Содом и Гоморра не были ареной таких гнусностей, какие происходят теперь», – сетовал один из современников. Католическая церковь погрязла в роскоши, интригах и разврате. Сикст IV, римский папа с 1471 года, получил тиару благодаря подкупу. Взойдя на святой престол, он принялся раздавать своим родственникам высокие церковные должности. Племянник Сикста был возведен в кардинальский сан, стал одним из богатейших жителей Рима и выстроил великолепный дворец, заполнив его утварью из чистого золота и серебра. Самого понтифика недруги называли «любителем мальчиков и содомитов»: утверждалось, будто он расплачивается за интимные услуги щедрыми пожалованиями.

Происходящее в Италии глубоко удручало Савонаролу. В двадцать лет он сочинил поэму «О гибели мира», заклеймив несправедливое общество, где одни купаются в золоте, а другие умирают с голоду. Последней каплей, отвратившей юношу от мирской жизни, оказалась несчастная любовь. Джироламо влюбился в Лаудомию Строцци, дочку знатного флорентийского изгнанника, жившего по соседству. Но отец девушки дал понять, что Строцци никогда не породнятся с Савонаролами. Надежды молодого человека рухнули, и весной 1475 года он, уйдя из дома, поступил в доминиканский монастырь в Болонье.

Решение Савонаролы стало шоком для его родителей. «Мать плакала в течение нескольких лет. Я ее не утешал. Достаточно и того, что она поняла, как она была неправа», – свидетельствовал сам Джироламо. Среди монастырской братии он отличался особым рвением, и вскоре настоятель поручил ему обучение новичков. Савонарола штудировал Библию, обвинял духовенство в пренебрежении христианскими заветами и написал поэму «О падении церкви».

В 1479 году сурового монаха перевели в родную Феррару. Еще через три года началась война с венецианцами, феррарская обитель была распущена, и Джироламо перебрался во Флоренцию – центр итальянского Возрождения.

Хотя формально Флоренция считалась республикой, вся власть в ней принадлежала герцогу Лоренцо Медичи по прозвищу «Великолепный». Флорентийский правитель слыл просвещенным меценатом и любителем пышных празднеств, ворочал огромными деньгами и нажил множество врагов. За несколько лет до прибытия Савонаролы во Флоренции вспыхнул заговор, поддержанный римским папой Сикстом. Заговорщики напали на Лоренцо Великолепного и его брата Джулиано во время церковной службы. Брат герцога был заколот кинжалом, однако сам Лоренцо сумел отбиться от нападавших и укрылся в ризнице. Схваченных злоумышленников повесили на окнах герцогской резиденции…

Пристанищем Савонаролы в этом грешном городе стал монастырь Сан-Марко. Джироламо был назначен чтецом при братии и наставником молодых послушников, но жаждал достучаться и до заблудших мирян. Увы, попытавшись выступать с проповедями в церкви Сан-Лоренцо, он потерпел неудачу. Флорентийцы потешались над его слабым голосом и неуклюжей речью. Пришлого священника никто не слушал.

Тем не менее Савонарола не опускал рук. «Божий огонь горит во мне, – повторял он. – Если я не дам ему выхода, он сожжет меня». И выход был найден...

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 100/2016
№ 99/2016
№ 98/2016
№ 97/2016
№ 96/2016