Личности 93/2016

Мальвина Воронова

АЛЕКСЕЙ ЩУСЕВ: ПРОСТРАНСТВО СВОБОДЫ

Судьба его была расколота надвое, как и судьба самой России в начале ХХ века. Так на крутом повороте истории академик Императорской академии художеств Алексей Щусев превратился в признанного зодчего сталинской эпохи. Иронично относясь ко всем сортам властей, он охотно выполнял интересовавшие его заказы, но служил только искусству.

И ни разу не изменил ни себе, ни архитектуре – свободы, оказывается, на самом деле ровно столько, сколько можешь взять

Как бы ни хотелось биографам раздуть жаркое пламя из тусклой семейной свечечки, родился Алексей Щусев 8 октября 1873 года в самой заурядной провинциальной семье. Сам архитектор сообщал, что его предок Константин Щусев служил есаулом в Запорожском войске. И, судя по всему, немало гордился своей причастностью к казачеству. Российские же исследователи утверждают, что Алексей Викторович, рассказав о своем украинском происхождении, прибег к мифотворчеству. Но опровергающих фактов не предоставляют. А рассеивание казаков после ликвидации Запорожской Сечи вполне допускает появление далеких предков в Молдавии.

Отец нашего героя, Виктор Петрович, был надворным советником и всю жизнь прослужил в Кишиневе. В российской литературе этот скромный чин существует в сатирическом диапазоне: от подлеца Лужина из «Преступления и наказания» до карьериста Модеста Алексеевича с его легкомысленной «Анной на шее». Начинал Щусев-старший служить в суде, затем возводил школы и богоугодные заведения, а закончил свою карьеру смотрителем больницы. Был два раза женат и имел пятерых детей.

Вторая жена господина Щусева, Мария Зозулина, была вдвое моложе мужа; она родила ему четырех сыновей: Сергея, Петра, Алексея и Павла. Биографы пишут, что Мария Корнеевна* увлекалась литературой и театром и состояла в культурных сообществах. Один из ее братьев сочинял литературные опусы, а другой занимался педагогикой. Некоторые исследователи считают, что Алексей унаследовал от матери прямолинейность, быстроту суждений, внешние черты и «склонность к искусствам». Последнее явно преувеличено – если говорить о дарованиях матери.

Это была небогатая дворянская семья, материальные трудности которой (жили на небольшой доход отца, сдавали дом в аренду) не сказывались на теплых отношениях и домашнем уюте. Летом Алеша гонял мяч с городскими мальчишками, купался в саду «под тенью больших ореховых деревьев». Младший брат, правда, вспоминал забавы более опасные. Мальчики любили играть «в охоту». Два раза Алексей сильно оплошал с оружием. Первый – когда выстрелил нечаянно в «садового» мальчика-служку. Второй раз серьезно ранил старшего брата Сергея. К счастью для горе-охотника, тот выжил.

Эпизоды отрочества, всплывающие в воспоминаниях и письмах, воссоздают живую атмосферу семьи, в которой все было по-настоящему и органично, в том числе – мальчишеские шалости и глупости. Все дети Щусевых оказались по-своему талантливы, и в развитии их дарований была немалая заслуга родителей, стремящихся дать своим отпрыскам хорошее образование. Старшая дочь В.П. Щусева Мария стала земским врачом, сын Сергей – ученым-агрономом, приват-доцентом Новороссийского университета, Петр – военным врачом, ученым, публицистом и путешественником, Алексей – выдающимся архитектором своего времени, Павел – инженером.

Летом 1881 года мама привела Алешу в мужскую классическую гимназию №2 на вступительный экзамен. Он процитировал отрывок из своего любимого произведения «Тарас Бульба» и рассказал о солнечном затмении. Разумеется, его зачислили. В той же гимназии учились все дети Щусевых, а среди педагогов были родственники. Большое влияние на мальчика оказал его учитель рисования – Н.А. Голынский. Он в свое время окончил Петербургскую академию художеств и, хотя не имел «строгой методики преподавания», умел распознавать и ценить талант. Отметив рисунки ученика, Николай Александрович стал развивать его способности: на уроках и дома гимназист Щусев копировал репродукции из периодических изданий, срисовывал фотографии. И вполне заслуженные похвальные грамоты сыпались на него точно из рога изобилия.

Алексею было шестнадцать лет, когда умерли оба его родителя. Смерть одряхлевшего и болеющего отца была ожидаемой; внезапной оказалась кончина матери, которая умерла спустя сутки. Мальчиков разобрали родственники, но связи они не теряли. Младшему Павлу запомнилось, как братья в самом буквальном смысле дрались, катаясь по полу, не сойдясь во мнении о его дальнейшей судьбе. Победил, кстати, Алексей, который хотел, чтобы Павел окончил гимназию.

Словно предчувствуя свой ранний уход, Мария Корнеевна позаботилась, чтобы обучение детей оплачивало земство. И все же Алеша после смерти родителей счел нужным искать заработок: давал частные уроки гимназистам младших классов. И однажды явился к директору, Николаю Сергеевичу Алаеву, с требованием принять от него плату за собственное обучение. Поскольку он теперь уже зарабатывал, то далее быть «иждивенцем» не желал. Директор от денег отказался, но поступком был впечатлен, и рекомендовал начинающего репетитора в один из самых богатых кишеневских домов – промышленника Качулкова. Именно Качулков позднее добился для Алексея благотворительной стипендии от земства на период обучения в Петербурге. В его доме Щусев познакомился с первыми своими меценатами и заказчиками – Евгенией Ивановной и Николаем Кирилловичем Апостолопуло. Алексей нравился людям – похоже, не прилагая к этому особых усилий…

* В иных источниках ? Мария Корниловна. 

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 100/2016
№ 99/2016
№ 98/2016
№ 97/2016
№ 96/2016