Личности 96/2016

Юлия Шекет

ДЖЕЙН ОСТИН: РАЗУМ, ЧУВСТВО И ТАЛАНТ

Когда берешься за рассказ о Джейн Остин, хочется ее перечитать: ощутить атмосферу ее романов, подышать ее воздухом. Для этого требуется, разумеется, только бумажная книга. И вот перед тобой библиотечный экземпляр «Гордости и предубеждения», в первом из русских переводов – Иммануэля Маршака… И лишь по тому, сколько дополнительных листков с отметками о выдаче наклеено библиотекарями, как затерты страницы, сколько карандашных пометок теснится на полях, можешь, как археолог динозавра по косточке, воссоздать отдельную историю. И это будет история любви – страстной читательской любви к английской писательнице рубежа восемнадцатого и девятнадцатого столетий, уже далеких для нас. А ведь она оставила всего шесть полноценных романов. Тихая жизнь, ранняя смерть, негромкий голос… Так в чем же состоит секрет Джейн Остин? Скромной девице, так и не узнавшей ни семейного счастья, ни сколько-нибудь интересных жизненных приключений – как ей удалось увлечь разум и чувства миллионов читателей?

26 апреля 1764 года в старинной церкви города Бат Джордж Остин взял в жены Кассандру Ли. Докторский сын, рано осиротевший и отданный на воспитание родственникам, благодаря усердной учебе получил стипендию оксфордского колледжа Святого Иоанна и ученую степень по богословию. А благодаря поддержке родственников – сначала приход Стивентон в графстве Хэмпшир и через пару лет приход Дин неподалеку. С мисс Ли он познакомился еще студентом, когда та прибыла в Оксфорд проведать своего дядюшку, ректора Баллиол-колледжа. Однако «красавцу проктору», чьи предки когда-то торговали шерстью, пришлось упорно потрудиться, чтобы встать на ноги и предложить руку барышне с широкими семейными связями и аристократической родословной, ведущей к лорд-мэру Лондона. Правда, без богатого приданого.

Да, Остины жили скромно. И все же счастливо: миссис Остин родила восьмерых детишек – все они дожили до взрослого возраста, что для того времени с высоким уровнем детской смертности было настоящим чудом. Выжил даже один из средних сыновей, родившийся, как сказали бы сейчас, с особенностями развития. Мальчик был отдан в деревенское семейство с оплатой содержания. За ним, судя по всему, неплохо ухаживали, но родные почти не упоминали о нем вслух («У нас есть по крайней мере то утешение, что он не может быть плохим или злым ребенком», – писал Остин-старший). Предполагают, что «бедняжка Джордж» был глухонемым, так как писательница как-то раз призналась, что хорошо знает язык жестов.

Остальные сыновья росли умниками и обещали дать родителям многочисленные поводы для гордости. Священнику и его супруге, разумеется, и в голову прийти не могло, что прославит их младшая дочурка Джейн, появившаяся на свет морозным вечером 16 декабря 1775 года.

Мать обширного семейства дожила почти до фантастических девяноста лет, хотя любила пожаловаться на здоровье – ее фирменная ипохондрия всегда была предметом беззлобного подтрунивания родных. Миссис Остин некоторые считали глуповатой, но в несправедливости такого мнения убеждаешься, почитав хотя бы несколько ее писем, в которых она обращается к адресатам мало того, что остроумно – еще и в стихотворной форме. А уж мистер Остин являл собой образец скромности и трудолюбия без занудства и ума без зауми. Литературными экзерсисами он не грешил, но в его семье мысль уважали. Даже бабушка Джорджа оставила пространные мемуарно-поучительные «Меморандумы».

Кормить восемь ртов и удерживать на плаву скромное хозяйство было непросто. Остины обходились практически без прислуги (одна служанка – почти не в счет для «приличной семьи»). Мать сама управлялась на ферме, пекла хлеб и коптила окорока, взбивала масло и варила пиво. Отец брал учеников – в пасторате образовалась небольшая домашняя школа. В веселый детский гам во внеурочное время вплетались голоса маленьких Остинов – Джеймса, Эдварда, Генри Томаса, Фрэнсиса Уильяма и Чарльза Джона. Среди мальчишек росли и маленькие мисс – старшая Кассандра и младшая Джейн.

Джейн ходила за сестрой хвостиком и та отвечала ей самой нежной привязанностью. Поэтому когда решался вопрос о пансионе для старшей, с ней во владения миссис Коули отправили и младшую – хотя для семилетней девочки это было рановато. Что ж, как любила повторять миссис Остин, «если бы Кассандре собирались отрубить голову, Джейн настояла бы на том, чтобы разделить ее судьбу».

Головы девочкам в пансионах, разумеется, не рубили, но условия часто бывали довольно тяжелыми: холодные тесные спальни, скудная пища, скука и муштра, зубрежка и перлюстрация писем. Когда владелица пансиона, куда определили сестер, решила перевести свое заведение из Оксфорда в Саутгемптон, там разразилась эпидемия сыпного тифа, едва не стоившая детям жизни, а литературе невосполнимой потери. Девочек успели забрать домой, где они со временем поправились, – а вот их тетя миссис Купер подхватила лихорадку и умерла.

После года домашнего обучения (за это время Джейн успела подружиться с новой соседкой – милой Анной Лефрой) сестричек определили в другой пансион, мадам Ла Турнель. Здесь они чувствовали себя посвободнее, учились грамоте и французскому, а в свободное время наверняка шушукались, обсуждая, каким образом мадам заработала себе деревянную ногу. Окончательное возвращение домой не означало завершения образования – дома Джейн училась игре на фортепиано у помощника органиста и читала книги из отцовской библиотеки: преподобный Остин поощрял страсть к чтению. Когда же юная любительница Сэмюэла Джонсона и романов Ричардсона начала создавать собственные произведения, он не жалел денег на бумагу и прочие письменные принадлежности, хотя удовольствие это было для многодетного сельского священника недешевым, а опусы его дочери-подростка (посвященные друзьям и родичам) отличались изрядной смелостью.

Один из первых отдельных отзывов о будущей писательнице (устами ее тетушки Филадельфии) гласит, что 12-летняя Джейн была «весьма чинной и натянутой» барышней. Однако в то время она уже пробовала перо – и подобные эпитеты никак не подходят автору комических вещиц, в которых зорко подмечались и едко высмеивались такие недетские темы, как пьянство и неверность, расточительность и воровство... 

Полную версию материала читайте в журнале Личности №96/2016

Другие номера издания «Личности»

№ 100/2016
№ 99/2016
№ 98/2016
№ 97/2016
№ 95/2016
№ 94/2016