Личности 100/2016

Роман Евлоев

ТОМАС ДЕ ТОРКВЕМАДА: БЛАГИЕ НАМЕРЕНИЯ

Испания многим ему обязана. Как минимум – политическим объединением страны и долгожданным завершением многовековой Реконкисты.

На другой же чаше весов – беспримерный террор против собственного народа. И при жизни Великого инквизитора, и два столетия после его смерти священный трибунал старательно обеднял генофонд нации, планомерно уничтожая любые проблески свободомыслия или независимого волеизъявления.

Торквемада искренне, фанатично верил, что действует во благо, но дорога, вымощенная его благими намерениями, вела Испанию в ад

Томас де Торквемада родился в 1420 году либо внутри кольца мощных городских стен Вальядолида, прекрасной столицы Кастилии, либо поблизости, в небольшой деревеньке Торквемада. Ее название, в переводе означающее «Пылающая башня», дало фамилию семье нашего героя. Мальчик появился на свет утром столь ранним, что, по меткому выражению одного из историков, частица ночной тьмы навсегда осталась в сердце ребенка.

Томас (церковные источники часто именуют его на библейский манер Фомой) происходил из знатной семьи, подарившей Испании многих выдающихся мастеров меча или слова. В те времена перед честолюбивыми отпрысками дворянских фамилий лежали две дороги: церковной карьеры или военной службы на фронтах нескончаемой Реконкисты. Прапрадед мальчика, Лопе Альфонсо де Торквемада, выбрал второе, и принял рыцарские регалии из рук короля Альфонсо XI. Отец Томаса, Педро Фернандес де Торквемада, и его дядя службе монарху предпочли служение церкви. Особенно на выбранном поприще преуспел Хуан де Торквемада – доктор богословия и один из самых выдающихся теологов своего поколения. В 1415 году дядя будущего Великого инквизитора принимал активное участие в Констанцском соборе, в результате которого приговорили к сожжению чешского реформатора церкви Яна Гуса. В конце концов многолетняя преданность интересам Святого Престола возвысила старшего Торквемаду до красной кардинальской шапки и должности папского советника.

Родство с Хуаном частично определило не только земной путь его племянника Томаса, но и память потомков о Великом инквизиторе: не слишком прилежные историки часто объединяют биографии обоих этих людей в единый гротескный образ эдакого Голема на службе доминиканского ордена, фантастического чудовища, в котором сплетаются все изъяны и таланты сразу двух представителей семейства Торквемада. Впрочем, подобному странному заблуждению есть оправдание. Масштаб личности Великого инквизитора и размах его преступлений во все времена оказывал на историков завораживающее, почти гипнотическое воздействие – Торквемада может быть только один... Торквемада должен быть только один! Второго молодое испанское королевство могло и не вынести.

Однако, несмотря на столь блестящее родство, вопрос «чистоты» происхождения (национальной принадлежности?) Великого инквизитора остается дискуссионным. Бытует мнение, основанное на одной-единственной фразе хрониста-современника, что в роду Томаса встречаются так называемые «конверсо» – насильственно обращенные в христианство евреи. Аргументом в пользу этой версии приводят также и утверждение его дяди Хуана в защиту новообращенных христиан: «Внук конверсо не должен называться конверсо!» Исследование доступной генеалогии семейства Торквемада показывает, что ренегаткой гипотетически могла оказаться одна из прабабушек Томаса, но даже это довольно сомнительно. Не менее странно и то, что наличие «темного пятна» (средневековые испанцы верили, будто кровь иудеев значительно темнее ярко-красной крови христиан) в родословной Торквемады, похоже, гораздо сильнее волнует умы людей XXI века, нежели беспокоило современников Великого инквизитора.

Каких-либо достоверных, тем более подробных сведений о раннем детстве Томаса почти не сохранилось. Известно, что в возрасте двенадцати лет он покинул отчий дом и поступил в школу при монастыре Св. Павла в городе Вальядолиде, где обратил на себя внимание наставников пытливым умом, тягой к знаниям и глубиной суждений. Панегирист католической церкви Антуан Турон описывает мальчика как богато одаренную натуру «с умом почти гениальным, но страстным и неровным характером». Родственные связи и выдающиеся личные способности – все говорило о том, что в будущем юношу ожидала блестящая духовная карьера. Вместо этого по окончании учебы Томас отправился в странствие по Иберии. Юноша посетил Саламанку и Толедо. В Кордове, согласно романтической легенде, он без памяти влюбился в первую невесту города. После недолгих, но решительных ухаживаний Томас предложил возлюбленной руку, сердце и славное имя своей семьи. Пренебрежительный отказ ошеломил и обескуражил его. Красавица не только отвергла матримониальные притязания Томаса, но и демонстративно оскорбила глубокое патриотическое чувство юного испанца, отдав предпочтение какому-то инородцу – мавру! – за которым последовала в мусульманскую Гранаду.

Некоторые историки утверждают, будто бы именно этот драматичный, полный шекспировских страстей эпизод перевернул всю жизнь Торквемады и толкнул его на стезю религиозного фанатизма, ксенофобии и неугасающей ненависти к иноверцам, в том числе, к иудеям.

Происхождение «любовной» версии туманно и, скорее всего, это не более чем красивая легенда. Тем не менее, Торквемада в юности действительно много путешествовал по стране, посещал в том числе и Кордову, однако судьбоносная для него встреча состоялась не там, а в Сарагосе.

Будущий Великий инквизитор прибыл в арагонскую столицу с намерением добраться из нее до Барселоны, а оттуда первым же попутным судном отплыть в Италию – резиденцию Святого Престола. Судьба распорядилась иначе...

Полную версию материала читайте в журнале Личности №100/2016

Другие номера издания «Личности»

№ 99/2016
№ 98/2016
№ 97/2016
№ 96/2016
№ 95/2016
№ 94/2016