Личности 103/2017

Яна Дубинянская

ЭЖЕН СЮ: БАЙРОНИЧЕСКИЙ СОЦИАЛИСТ

«Мы не будем говорить о том, что этот роман, или, лучше сказать, эта европейская шехеразада, являвшаяся клочками в фельетоне ежедневной газеты, занимала публику Парижа, следовательно, и публику всего мира, где получаются французские газеты (а где же они не получаются?), – ни того, что по выходе этого романа отдельным изданием, он в короткое время был расхватан, прочитан, перечитан, зачитан, растрепан и затерт на всех концах земли, где только говорят на французском языке (а где не говорят на нем?), переведен на все европейские языки, возбудил множество толков, еще более нелитературных, нежели сколько литературных, и породил великое желание подражать ему…

В наше время объем гения, таланта, учености, красоты, добродетели, а следовательно и успеха, который в наш век считается выше гения, таланта, учености, красоты и добродетели, – этот объем легко измеряется одною мерою, которая условливает собою и заключает в себе все другие: это – ДЕНЬГИ».

                                                                Виссарион Белинский о «Парижских тайнах» Эжена Сю

С конца XVII века, эпохи Людовика XIV, на протяжении четырех поколений фамилия Сю нарабатывала репутацию, успех и немалые деньги в совершенно иной отрасли, нежели литература. Историки насчитывают четырнадцать видных медиков разной специализации, принадлежавших к этому клану, в том числе пятерых академиков и кавалеров ордена Почетного легиона.

Хирург Жан-Батист Сю на волне Великой французской революции и последующих событий сделал карьеру вплоть до главного врача гвардии и личного лекаря первого консула Франции Наполеона Бонапарта. Крестными его сына Мари-Жозефа стали супруга первого консула Жозефина и его пасынок Евгений Богарне (Эжен – это имя наш герой возьмет себе позже в качестве псевдонима). Младенец появился на свет 26 января 1804 года.

 Через несколько месяцев Наполеон стал императором, а спустя десять лет был свергнут, что не помешало блестящему хирургу Сю остаться на плаву при вернувшихся к власти Бурбонах – в качестве члена Медицинской академии и личного врача приближенного к королю вельможи графа Артуа. По мнению «главного биографа французских литераторов» Андре Моруа, бесконечная политическая гибкость Сю-старшего не прибавила его сыну уважения к отцу. Всю свою сознательную жизнь Эжен Сю будет поступать ровно наоборот: не держать нос по ветру и менять убеждения в соответствии с актуальным режимом, а идти наперекор всем и всему.

Ребенком Мари-Жозеф рос избалованным, чередуя безделье и проказы; как он скажет позже, «ту форму пассивного сопротивления, которая выражается в лени, и ту форму сопротивления активного, которая выливается в иронию». Начальное образование он получил дома, а в одиннадцать лет был отдан в аристократический Коллеж де Бурбон, где его однокашниками и товарищами по каверзам стали кузен Фердинанд Лангле, впоследствии известный хирург, и будущий автор «Жизели», композитор Адольф Адан.

Разумеется, профессиональная стезя для отпрыска врачебной семьи Сю была предопределена. Но он все сделал не так.

«Он красив, у него высокий лоб, голубые глаза, и он сознает свою красоту, что злит приятелей, прозвавших его ?красавец Сю”, – писал Андре Моруа. – Но ему доставляет удовольствие выводить их из себя. (…) Отец, естественно, желает, чтобы сын стал врачом, добивается он, однако, только того, что студент-медик вместе с компанией веселых приятелей опустошает отцовский погреб».

Кое-чему юный Сю все-таки обучился: под руководством отца он практиковался в госпитале Королевского военного дома и получил квалификацию фельдшера. В этом качестве отец, взбешенный очередными проделками и растратами беспутного сына, отправил его в армию.

Войны Франция того времени вела постоянно. В 1823 году молодой Сю был в Испании в составе французской оккупационной армии, подавившей испанскую революцию. Вернувшись в Париж, повеса взялся за старое. Согласно историческому анекдоту, однажды, в лучших традициях золотой молодежи разъезжая без правил по Парижу в экипаже, он сбил старика, оказавшегося его родным отцом. Рассердившись, тот «сослал» сына в провинцию, в Бретань, устроив помощником хирурга на флот, базировавшийся в Бресте.

Служба оказалась интересной – Эжен Сю побывал в экспедициях на Гваделупе, Мартинике и Антильских островах; морской экзотики ему хватило впоследствии на несколько романов. К тому же он снова попал на войну: в 1827-м корвет «Бреслау», на котором он служил, принял участие в Наваринском морском сражении, где англо-франко-русская эскадра разгромила флот турецкого султана у берегов Греции, боровшейся за независимость от турок. Участие в боевых действиях значительно подправило имидж светского бездельника Эжена Сю в глазах позднейших биографов.

В перерывах между вынужденными военными экспедициями «красавец Сю» не только кутил, очаровывал женщин и делал долги в расчете на отцовское состояние, но и баловался литературой в наиболее востребованном тогда жанре: в соавторстве с приятелями пописывал пьесы для театра. Особого успеха эти творения не имели, но руку Эжен набил.

«В двадцать шесть лет, – писал Моруа, – это человек ?поживший”, он знает, что такое война и любовь; он повидал разные страны; для него, как для истого парижанина, нет ничего святого; он скептичен, как бывалый путешественник, и нагл, как уличный мальчишка».

В 1830 году король Карл Х внес существенные изменения во Французскую хартию, окончательно развернув конституцию в пользу крупных землевладельцев. Это стало одной из причин Июльской революции, известной во Франции как «три славных дня». Виссарион Белинский, будущий главный критик романов Эжена Сю в России, излагал альтернативную точку зрения на события: «Рабочий класс в Париже был искусно приведен в волнение партиею среднего сословия (bourgeoisie). – Между народом и королевскими войсками завязалась борьба. В слепом и безумном самоотвержении народ не щадил себя, сражаясь за нарушение прав, которые нисколько не делали его счастливее и, следовательно, так же мало касались его, как и вопрос о здоровье китайского богдыхана». В итоге во Франции поменялась правящая династия, к власти пришел Луи-Филипп, герцог Орлеанский, который установил более либеральный режим, ориентированный на буржуазию…

Полную версию материала читайте в журнале Личности №103/2017

Другие номера издания «Личности»

№ 110/2017
№ 109/2017
№ 45/2012
№ 108/2017
№ 107/2017
№ 106/2017