Личности 103/2017

Роман Евлоев

УИЛЬЯМ ФОЛКНЕР: АМЕРИКАНСКИЙ МИФОТВОРЕЦ

Для американцев Уильям Фолкнер больше чем просто великий писатель. Он – гений, чей гипнотический литературный талант заставил весь мир поверить, что его родной город, его штат и его страна действительно обладают тем неподражаемым величием и тем неподдельным внутренним достоинством, каковые он желал в них видеть.

Америке, стране без памяти, он подарил пусть вымышленную, но наследственность, и пусть призрачную, но надежду на историчность и традицию

Уильям Катберт Фолкнер родился 25 сентября 1897 года на юге США, в городке Нью-Олбани. Мальчика назвали в честь его прадеда, знаменитого на весь штат Уильяма Кларка Фолкнера, Старого Полковника – известного литератора, удачливого бизнесмена и, наконец, успешного политика. Впрочем, к моменту рождения будущего нобелевского лауреата слава его семьи несколько поблекла. Многочисленные потомки Старого Полковника не унаследовали деловой хватки предка, и вскоре лишились большей части семейного состояния.

Новорожденный Уильям успел застать «старые добрые времена», но уже не помнил их. Он был еще слишком мал, чтобы разделить с остальными Фолкнерами уныние, в которое повергла их утрата контроля над Первым Национальным банком и «семейной» железной дорогой. Постепенно многие из старших родственников Уильяма скатились до положения мелких лавочников или клерков. Они вели угрюмую жизнь затворников, находя утешение в презрении к «проклятым северянам» и воспоминаниях о былом великолепии. Типичная для американского Юга история.

Отцу Фолкнера, незадачливому дельцу Марри Катберту, пришлось хуже прочих. Когда его первенцу исполнился год, Марри, с прицелом на наследство, оставил собственные прожекты ради должности начальника железнодорожной станции. Однако дед писателя был настолько низкого мнения о деловых качествах сына, что предпочел продать компанию конкурентам.

Униженный и разочарованный Марри решил и вовсе покинуть штат, чтобы стать техасским ранчеро. Идее категорически воспротивилась его супруга Мод Батлер. Женщина настояла на переезде семьи в Оксфорд, штат Миссисипи, где ее отец владел несколькими предприятиями. Так, за четыре дня до своего пятилетия, маленький Уильям въехал в город, где ему суждено было прожить большую часть жизни.

Детство писателя полнилось счастливыми приключениями, какие могут случиться с мальчишкой только в захолустном городке по соседству с лесом. Семья жила в доме на боковой улочке, по которой каждое утро гнали коров на выпас. Все остальное время улица целиком принадлежала Билли и его младшим братьям. Вскоре к их компании присоединилась кузина Салли и соседская девочка Эстелл Олдхэм. Дети целыми днями играли в бейсбол, бегали наперегонки и запускали воздушных змеев. Заводилой их забав становился обычно Билли, о непоседливом нраве которого бабушка со смехом говорила: «три недели в месяц он просто ангел, но на четвертую – сущий дьяволенок».

Маленький Уильям казался неистощимым на выдумку. Сегодня он устраивал химические эксперименты, чуть было не окончившиеся пожаром и стоившие его брату ресниц и бровей, а назавтра тащил приятелей встречать утренний скорый поезд. Однако главным детским впечатлением Фолкнера стал его первый полет. В один из ярмарочных дней на потеху публике с центральной площади города запустили воздушный шар. Корзина с горе-пилотом пролетела всего ничего и рухнула на задний двор Фолкнеров, но и этого оказалось достаточно, чтобы Билли, сопровождавший шар от начала и до конца короткого полета, навсегда увлекся авиацией.

По чертежам из детского журнала он при помощи друзей построил самодельный планер. И, разумеется, настоял на своем праве первым его испытать. К счастью, выбранный для пробного запуска обрыв был не слишком высоким, и юный воздухоплаватель пострадал не так сильно, как его «воздушное судно», склеенное из газет и палок.

Второй страстью мальчика были лошади. «Я вырос в большей или меньшей степени в конюшнях моего отца, – писал он. – Будучи старшим из четырех сыновей, я довольно легко избежал влияния матери, поскольку отец считал, что для меня самое важное – учиться делу. Думаю, что я до сих пор занимался бы конюшнями, если бы их не сменили автомобили». Свою первую лошадь Фолкнер купил, когда ему было всего десять лет. «…Это был настоящий зверь, в ней не было ничего от домашнего животного». При попытке впрячь ее в повозку кобыла порвала упряжь, вдребезги разнесла коляску и едва не убила Билли и еще одного конюха. Однако мальчик не отступился, и в конце концов все же добился от строптивицы послушания. Свою привязанность к лошадям Фолкнер сохранит до конца жизни.

В возрасте восьми лет Билли пошел в школу. Прилежанием он не отличался, и изучал только те предметы, которые чем-то его увлекали. Впоследствии Фолкнер вспоминал: «Я окончил младшие классы школы и два года ходил в старшие классы, но только осенью, чтобы играть в футбол. Родители, в конце концов, дознались об этом…» В команде Билли играл на позиции полузащитника и поплатился за увлечение футболом сломанным носом.

Понятно, что при таком отношении к учебе основное образование Уильям получал дома. Мать и бабушка активно занимались художественным воспитанием мальчика, которому все прочили карьеру художника – очень уж красиво он, скучая за партой, разрисовывал учебники! Некоторые его работы – уже не со страниц учебников – даже опубликовали в городском ежегоднике «Оле Мисс»…

Полную версию материала читайте в журнале Личности №103/2017

Другие номера издания «Личности»

№ 106/2017
№ 105/2017
№ 104/2017
№ 102/2017
№ 101/2017
№ 100/2016