Личности 104/2017

Татьяна Винниченко

ЗИНАИДА СЕРЕБРЯКОВА: УМЕРЕТЬ В ПАРИЖЕ

«Зинаида Серебрякова выставляет в первый раз, и я вовсе не хочу по этим опытам делать заключение об ее силах и ее возможностях. Допускаю, что она также обманет, как обманывали многие художественные женщины, из которых некоторые обладали исключительными дарованиями. Для того, чтобы удержаться на высотах искусства, нужно много такого, что вообще недоступно женщине – супруге и матери семейства. Но оставим будущее…»

Так писал о дебюте художницы ее родной дядя, художник и критик, представитель знаменитой фамилии Александр Бенуа.

В будущем юную Зинаиду Серебрякову ожидали не только обязанности супруги и матери семейства, а война и революция, вдовство и многолетняя разлука с детьми, эмиграция и снова мировая война – и постоянная ответственность, в том числе материальная, за большую семью.

Но она не обманула все равно

Клан Бенуа во многом определял художественное обличье России ХІХ века: Бенуа строили Петергоф и знаковые здания Санкт-Петербурга, руководили Петербургской академией художеств, писали акварели, иллюстрировали книги, создавали театральные декорации.

Дочь императорского архитектора Николая Бенуа и пианистки Камиллы Кавос Екатерина, по-домашнему Катиш, в юности тоже рисовала: в этой семье всем детям в самом нежном возрасте давали в руки карандаш. Но стала она не художницей, а супругой и матерью семейства, выйдя замуж за скульптора Евгения Лансере. Детей у них было шестеро: Евгений, Николай, Софья, Мария, Екатерина и Зинаида. Младшая Зина, или Зика, появилась на свет 28 ноября (10 декабря) 1884 года в имении Нескучное под Харьковом.

Александр Бенуа, младший брат Екатерины Лансере и автор интереснейших и весьма подробных мемуаров, называл мужа сестры «человеком обреченным»: Евгений был с юных лет болен туберкулезом, что накладывало отпечаток на характер и творчество скульптора. Неуравновешенный, склонный к вспышкам гнева, Лансере до последнего очень много работал, тяготел к передвижнической школе, часто изображал крестьян и лошадей, сам был блестящим наездником и очень любил свое родовое имение Нескучное, где старался проводить с семьей как можно больше времени. На тридцать девятом году жизни Евгений Лансере скончался: младшей Зике было всего полтора года. После смерти мужа Екатерина Николаевна с детьми переехала в Петербург и поселилась у своих родителей, в знаменитом огромном «доме Бенуа» на Никольской улице, где комнаты располагались анфиладой и были полны произведений искусства.

 «Росла Зина (…) болезненным и довольно нелюдимым ребенком, – писал в мемуарах Александр Бенуа, – в чем она напоминала отца и вовсе не напоминала матери, ни братьев и сестер, которые все отличались веселым и общительным нравом. И все же несомненно, что Зина была взращена той атмосферой, которая, вообще, царила в нашем доме и настоящими творцами которой были наши родители, ее дед и ее бабушка».

С девяти лет Зина училась в коломенской женской гимназии, расположенной неподалеку от дома Бенуа. На каникулы выезжала с матерью, братьями и сестрами на дачи в Петергофе, Ораниенбауме или Финляндии: многие из них спроектировал ее дядя, архитектор Леонтий Бенуа. И постоянно рисовала: для ребенка из художественной семьи это было самым естественным занятием. Александр Бенуа, которого позже многие считали ее учителем, писал, что не может назвать себя таковым, он практически не занимался с ней.

Первый из множества ее автопортретов был нарисован в одиннадцать лет и подарен деду с надписью по-французски: «A mon tres cher Grand Papa par sa petite fille Zina Lanceray. Le 24 may 1896» («Моему очень дорогому дедушке его внучка Зина Лансере. 24 мая 1896»)». На большинстве же своих работ юная художница оставляла другие автографы: «худо» или даже «очень худо».

В конце 1898 года Николай Леонтьевич Бенуа скончался. Летом следующего года Екатерина Николаевна, которая раньше не хотела оставлять надолго пожилого отца, впервые после смерти мужа вывезла детей на все лето в Нескучное, и с тех пор они проводили каникулы там.

«Как здесь чудно, как хорошо, – писала Зина из Нескучного родным, – вчера мы сорвали первую зацветшую ветку вишни и черемухи, а скоро весь сад будет белый и душистый: за эту ночь (шел теплый дождичек) весь сад оделся в зелень, все луга усеяны цветами, а поля ярко-зеленые, всходы чудные».

Тем же числом датировано письмо ее куда менее романтичной сестры Кати: «Дорога по случаю дождя очень плохая, так что пока мы дотащились до Нескучного, мы успели замерзнуть и пожалели даже, что не было с нами зимних вещей. Сегодня хотя дождь и перестал, но зато страшный ветер, так что я не выхожу, а Зина все ходит и ищет, что бы ей рисовать».

Тем временем ее дядя Александр Бенуа с друзьями-соратниками Сергеем Дягилевым, Дмитрием Философовым, Львом Бакстом и другими консолидировали художников в объединение «Мир искусства», организовывали выставки и выпускали одноименный журнал: это движение стало самым ярким явлением в изобразительном искусстве на границе веков. Продвигая концепцию нового искусства, члены объединения не отказывались от реалистических достижений предыдущего поколения: Крамской, Суриков, Репин оставались для них авторитетами.

В 1901 году Зина Лансере окончила гимназию. И для нее, и для домашних было очевидно, что она должна учиться живописи. Зину отдали в художественную школу меценатки княгини Тенишевой, где преподавал Илья Репин; однако через месяц художник оттуда ушел, так и не встретившись с ученицей Лансере, и школа была временно закрыта – больше Зина туда не вернулась. Сохранился ее «тенишевский альбом» за этот месяц, полный уже вполне профессиональных зарисовок и этюдов натурщиков и соучениц.

Между тем здоровье Зины вызывало тревогу, у нее подозревали наследственный туберкулез. В 1902-м Екатерина Лансере, оставив троих старших, уже взрослых детей в Петербурге, вместе с тремя дочерьми – Катей, Машей и Зиной – уехала в Италию…

Полную версию материала читайте в журнале Личности №104/2017

Другие номера издания «Личности»

№ 108/2017
№ 107/2017
№ 106/2017
№ 105/2017
№ 103/2017
№ 102/2017