Личности 108/2017

Валерия Шелест

НИКА ТУРБИНА: СЛОМАННЫЕ КРЫЛЬЯ*

Девочка была буквально, в полном смысле «не от мира сего». Он был для нее чужд, а зачастую и опасен. Не будучи в состоянии ни приспособиться к окружающей жизни, ни покорно и благодарно принимать чужие советы, она жила как умела. Недолгий полет ее жизни завершился трагически, но ведь он был, этот полет

И мы знаем, что так было всегда,

Что судьбою больше любим,

Кто живет по законам другим

И кому умирать молодым.

В. Цой

Маленькие гении, вундеркинды, гиперодаренные дети… Какому причудливому сочетанию генов, какому необычному положению звезд человечество обязано их появлением на свет? Что есть талант? Из чего он «сделан» и когда дается – в момент зачатия, рождения или под влиянием определенных событий? Кому выпадет уже в раннем детстве поразить окружающих своими необыкновенными способностями?

17 декабря 1974 года в Ялте родилась Ника Турбина. Многие помнят ее выступления на советском телевидении и очень немногие знают, куда она внезапно исчезла и что с нею случилось потом.

Вундеркинд – буквально: «чудо-ребенок». Она и была Чудом. Сухой термин вряд ли способен передать глубину и мощь ее таланта. У традиции творческих вечеров в СССР были глубокие корни. Поэтическое слово в живом, а тем более, авторском исполнении имело гораздо большее влияние на умы и сердца, чем обычное чтение, и такие мероприятия пользовались бешеной популярностью, билеты на выступления можно было купить с большим трудом, хотя успеха легендарных «шестидесятников» не имел никто до них и никто после. Это было то время, которое часто называют временем «застоя», возможно термин можно отнести к экономике или политике, но трудно отнести к культуре и искусству. Как ни парадоксально, именно в этот период стали известны новые театры и книги, из небытия стали возвращаться писатели и художники, с необыкновенным интересом обсуждали только что появившиеся книги. Эти перемены – заслуга особого, послевоенного поколения, уже не испытавшего лично ужас жестокости и горечь лишений, и которое наконец-то узнало детство и юность. Это было поколение еще с генетическим кодом коллективизма, но и с личной ненасытной жаждой знаний и творчества, которое открывало для себя мир за границами каждодневной необходимости. Именно оно создало атмосферу, в которой поэтическое слово стало сродни текстам Нового завета, а поэты – кем-то вроде проповедников.

Чтобы завладеть и удерживать внимание огромной аудитории – нужно быть по-настоящему Большим поэтом. Ника Турбина им была. Тысячные залы, замерев, слушали, как маленькая девочка с недетской серьезностью в глазах и голосе читает в манере aАндрея Вознесенского необыкновенные, пронзительные стихи, и поражались, и не верили – откуда эти боль и надрыв у семи-, восьми-, девятилетней малышки?! Ведь еще нет никакого жизненного опыта, не пережиты те страдания, разочарования и потери, которые могли бы стать почвой и вдохновением для ТАКОЙ поэзии. Если бы ребенок сочинял стишки о цветах, птичках и новогодней елке, было бы логично и умилительно. Но нет, Ника писала по-другому и о другом. Ей прощали и огрехи ритма и формы, и несовершенство, а зачастую и отсутствие, рифмы. Прощали в силу возраста, но в основном потому, что все огрехи отходили на второй план – настолько потрясало содержание.

Это и завораживало, и пугало. То, что из уст взрослого прозвучало бы просто как хорошие стихи, и, возможно, осталось бы незамеченным, сказанное ребенком казалось невероятным. Подозревали фальсификацию. Говорили даже, что стихи пишет мама Ники, Майя Анатольевна. Написанное по несколько иному, но схожему поводу, стихотворение, прозвучало ответом на эти домыслы:

Не я пишу свои стихи?

Ну хорошо, не я.

Не я кричу, что нет строки?

Не я.

Не я боюсь дремучих снов?

Не я.

Не я кидаюсь в бездну слов?

Ну хорошо, не я.

А Евгений Евтушенко говорил: «Уже сразу после первых строк, произнесенных ею, отпали все сомнения в том, что ее стихи – это плод литературной мистификации. Так могут читать только поэты. В голосе было ощущение особого, я сказал бы, выношенного, звона».

Кто водил ее рукой? Кто говорил ее голосом? Сама Ника рассказывала, что к ней приходил Звук. Приходил в основном по ночам и диктовал ей строки, которые буквально душили ее, распирали изнутри… В детстве у Ники была тяжелая форма бронхиальной астмы. У многих, страдающих этим недугом, развивается боязнь засыпания из-за страха задохнуться во сне. По утверждению родных, до 12 лет Ника вообще не спала… Пришедшие ночью строки девочка читала маме и бабушке, а они записывали – по ее же требованию. Бабушка Ники, Людмила Владимировна, работала в гостинице «Ялта-Интурист» и, поскольку владела английским языком, возглавляла бюро обслуживания иностранцев. Однажды она отдала тетрадь со стихами внучки остановившемуся в гостинице Юлиану Семенову. Писатель взял тетрадь с известной долей скепсиса, но в Москву ее с собой все же увез. А буквально через месяц, 6 марта 1983 года в «Комсомольской правде» были опубликованы портрет, 11 стихотворений и рассказ о маленьком поэте – специально для интервью в Ялту приезжал корреспондент.

Затем было получено приглашение в Москву, где и состоялась встреча Ники с Евгением Евтушенко, «дядей Женей», как она его тогда называла. И завертелся калейдоскоп поездок и выступлений. Успех был ошеломительный, слава обрушилась лавиной. Наверное, эта лавина в конечном итоге и погребла Нику под собой. Но до этого было еще далеко, а пока – публикации в центральной прессе, поэтические концерты на родине и за рубежом, перевод стихов на иностранные языки – в разных странах вышло в общей сложности 12 изданий ее стихов. Зачастую все это происходило в ущерб занятиям в школе. Училась Ника неплохо, хотя ее образование фактически было формальным – она стала знаменитой на всю страну еще в начальной школе, и из класса в класс ее нередко переводили «авансом»…

* Повторная публикация по просьбам читателей. Впервые статья была напечатана в №6-7/2009 журнала «Личности России»

Полную версию материала читайте в журнале Личности №108/2017

Другие номера издания «Личности»

№ 112/2017
№ 111/2017
№ 110/2017
№ 109/2017
№ 45/2012
№ 107/2017