Личности 45/2012

Яна Дубинянская

ОЛЕГ ДАЛЬ: АБСТРАКТНЫЙ МЕЧТАТЕЛЬ

Я – абстрактный мечтатель.

Таким родился, таким буду всегда и,

видимо, таким останусь.

Отсюда мой выбор занятий.

Не конкретен вообще,

но конкретен в частности.

Из дневника Олега Даля

В бумагах умершего Олега Даля нашли его автобиографию, написанную, видимо, для какого-то периодического издания. Очень коротко, ничего лишнего:

«Мой отец Иван Зиновьевич Даль – инженер, умер в 1967 году. Моя мать – Прасковья Петровна – учительница, сейчас на пенсии.

Окончил среднюю школу в 59-м году и в этом же году поступил в Театральное училище при Государственном академическом Малом театре СССР, которое закончил в 63-м году.

Сразу же по окончании училища был принят в труппу театра «Современник», в которой работал до 9 марта 1976 года.

В 1960 году начал сниматься в кино, снимаюсь и по сей день.

Пока всё.

О. И. Даль».

Интервью он давал редко, а в последние годы и вовсе болезненно воспринимал журналистов, как, впрочем, и многие другие явления окружавшей его жизни, – это видно по дневнику, который он вел в последнее свое десятилетие: резкому, рваному, безжалостному к себе и другим. Из-за этого дневника, неприемлемого даже в перестроечные восьмидесятые, «подвисла» в издательстве книга воспоминаний об артисте, собранная редактором-составителем Натальей Галаджевой вместе со вдовой Олега Лизой Даль. «Елизавета Алексеевна, ну давайте выбросим дневник, мы тогда завтра же будем печатать книгу», – упрашивала редактор издательства. К счастью, нашелся другой издатель – с прямо противоположными взглядами.

«Он мне позвонил и сказал: “Я знаю, что Даль вел дневник”, – рассказывала в радиоинтервью Лиза Даль (она даже на склоне лет не любила, когда к ней обращались по имени-отчеству). – Я говорю – да. “Я хочу его издавать”. Я говорю – Вы его читали? “Нет, но я знаю, что если Даль вел дневник, значит, его надо печатать”».

Остались воспоминания очевидцев – то общие и пафосные, то озорные на грани риска, то полные незначительных бытовых подробностей, то щемяще трогательные. И его собственные записи, дневник человека, надеявшегося – тщетно! – хотя бы посредством этих отрывистых слов, больших букв и целых строчек знаков препинания разобраться с миром и с самим собой.

«Олежечка был дитя, рожденное за месяц до войны. Этим все сказано», – посетует через много лет теща Даля Ольга Эйхенбаум. Родился он в Москве 25 мая 1941 года. Семья не имела ничего общего с миром искусства: инженер, учительница. Фамильное предание о родстве с составителем известного словаря Владимиром Далем возникло позже, когда на их сходство стали обращать внимание. Кто-то из педагогов даже отправлял Олега в Третьяковку посмотреть на «Портрет Даля в кресле»: мол, полезно знать, каким ты станешь в старости. Эксперты-криминалисты, сличившие после смерти артиста его фото с портретами ученого, версии не опровергли*.

Трогательных историй из своего детства Олег Даль никому не рассказывал. Разве что Лизе – как в школе увлекался баскетболом, но заняться спортом более серьезно не получилось: ребенок войны, слабое сердце. По этой же причине пришлось забыть о наиболее желанной профессии всех мальчишек тех лет – летчика.

Легенда начинается, как у любого советского актера, с поступления в театральный. Родители, конечно, были против. Да и шансов практически не было: Олег с детства картавил, а к логопеду никто его не водил. Но с дефектом речи он справился сам, и на экзамене сначала рассмешил комиссию монологом Ноздрева, сногсшибательным в сочетании

с внешними данными худенького голубоглазого мальчишки, а затем «добил» убедительным перевоплощением в лермонтовского Мцыри. Того же «Мцыри» Олег Даль незадолго до смерти записал на магнитофон, и эта запись с его голосом сохранилась чудом: как правило, он стирал записанное, кассеты в то время еще были в большом дефиците…

Итак, в 1959 году восемнадцатилетний Олег Даль стал студентом Щепкинского училища. Его однокурсниками были Юрий Соломин, Михаил Кононов, Виктор Павлов. Мастер курса Николай Анненков о студенте Дале мало что сумел припомнить: «Да я и не учил его почти. Он же все время снимался!»

В кино Олег попал на втором курсе – это была картина Александра Зархи «Мой младший брат» по мотивам повести Василия Аксенова «Звездный билет». Партнерами Олега стали студенты Щукинского училища, совсем молодые еще Андрей Миронов и Александр Збруев. Съемки в Таллинне уже шли, когда аксеновская повесть была напечатана в «Юности» – журнале, который тогда читали буквально все.

* Ни сын В.И. Даля, ни его братья не оставили законных потомков, но дальнее родство по побочной линии не исключено

Другие номера издания «Личности»

№ 52/2012
№ 51/2012
№ 50/2012
№ 49/2012
№ 48/2012
№ 47/2012