Личности 110/2017

Татьяна Винниченко

ПЛУТАРХ: ЖИЗНЕОПИСАНИЕ ЖИЗНЕОПИСАТЕЛЯ

«Немецкий Плутарх». «Французский Плутарх». «Плутарх для дам»… В XVIII-XIX веках его имя стало брендом, под которым издавалась – и хорошо раскупалась – биографическая литература.

Он не чурался сплетен и анекдотов, порой ценя их больше, чем масштабные исторические события, вольно обращался с фактажом, а скорее всего, был не прочь и присочинить интригующие эпизоды и выразительные детали из жизни того или иного персонажа. Но спустя столетия именно Плутарх стал не просто классиком, но и эталоном жанра биографии. Пусть не всегда содержательной и достоверной, но увлекательной, яркой и человечной

«Что до меня, то я живу в маленьком городе и, чтобы он не сделался еще меньше, охотно в нем остаюсь», – писал Плутарх.

Городок назывался Херонея. Именно здесь в 338 году до нашей эры объединенные греческие войска демократических городов-государств Афин и Фив пытались оказать сопротивление армии царя Филиппа Македонского и его молодого сына Александра. Под Херонеей греки потерпели поражение, беспорядочно бежали – и о независимости, демократии и свободе пришлсь забыть на много столетий.

Когда в начале нового тысячелетия, приблизительно в 46 году н.э. (дата дискутируется в промежутке от 40-го до 50-го) появился на свет Плутарх Херонейский, его родная Беотия была глубокой сельскохозяйственной провинцией Римской империи. Считалось, что из-за влажного климата в Беотийской долине, окруженной горами и подверженной наводнениям, жители медленно соображали – анекдоты о «тупых беотийцах» имели неизменный успех в этой части империи и особенно в Афинах, тоже давно провинциальных. Между тем, Плиний Старший называл Беотию «vera et mera Graecia» – «истинной и беспримесной Грецией». А ее уроженцами были знаменитые полководцы Эпаминонд и Пелопид, крупные поэты античности Гесиод и Пиндар и, конечно, сам Плутарх.

Сведения о его собственной биографии историки в основном добывают по крупицам из его текстов на совершенно другие темы или о других людях, куда он любил непринужденно вставлять ремарки из своей жизни. В частности, вспоминал прадеда по имени Никокл, который рассказывал внуку о бедствиях херонейских граждан во времена Марка Антония, массово использовавшего местных жителей в качестве носильщиков для армии; деда, Ламприя – словоохотливого человека и прекрасного собеседника.

Имен своих отца и матери Плутарх, к сожалению, не упоминал нигде – хотя об отце как мудром советчике в щекотливых ситуациях писал. Известно, что у Плутарха было два брата, Тимон и Ламприй, с которыми он был близок и даже писал о первом так: «Хотя судьба благоприятствовала мне во многом, однако ничем я ей столько не обязан, как любовью ко мне брата моего Тимона».

Семейные ценности Плутарх будет отстаивать всю жизнь.

Предположительно семья Плутарха была состоятельной: во всяком случае, об образовании сына родители позаботились – учиться юноша отправился в Афины, город, который, несмотря на давнюю утрату государственности, все же имел самоуправление и считался местом сосредоточения наук и мудрости. Учителем юноши стал философ Аммоний: известно, что в Греции того времени было несколько ученых с таким именем, но конкретные сведения об Аммонии Афинском отсутствуют. Скорее всего, он преподавал ученику платоническую философию по сократическому методу, то есть в диалоге, по системе вопросов и ответов. Кроме того, Плутарх изучал математику, риторику, музыку, медицину. В разных произведениях он упоминал такие имена своих учителей: музыканта Онесикрата, его тезку Онесикрата-медика, ритора Эмилиана.

Как долго молодой Плутарх пробыл в Афинах, неизвестно. С его слов мы знаем, что он застал посещение Греции императором Нероном, который в 66 году н.э. совершил внезапный демарш – якобы даровал этой стране, которую давно уже обозначали на картах как «провинцию Ахайю», свободу. Сохранилась речь Нерона, произнесенная им в Коринфе, где Плутарх, по-видимому, тоже побывал:

«Нежданный дар, народ Греции, приношу я тебе – хотя, возможно, ничто не может считаться неожиданным от такой щедрости, как моя, – столь необозримой, что у тебя не было надежды попросить о ней. Если бы я сделал этот дар, когда Эллада была в расцвете, то, возможно, гораздо больше людей смогли бы воспользоваться моей милостью. (…) Другие императоры даровали свободу городам; один Нерон даровал свободу целой провинции».

Разумеется, жест императора был театральным и популистским, а «свобода» – чисто номинальной, по большому счету в стране ничего не изменилось, и Плутарх советовал греческим государственным мужам «не возлагать непомерных горделивых упований на свой венок, видя римский сапог над головой». Вообще же отношение Рима к подконтрольной Греции во времена Плутарха было двояким: с одной стороны, римляне не отрицали величия эллинской культуры, с другой – относились к современным им грекам крайне пренебрежительно. В обиходе бытовало обидное словечко «Graeculi» – что-то вроде «малогреки».

После прихода к власти в Риме императоров Флавиев, питавших симпатии к эллинистической культуре, в Греции начался подъем по всем направлениям: экономический, образовательный, социальный. Представители аристократических эллинских семей получили и более широкие возможности для политической карьеры.

Плутарх был лояльным гражданином Римской империи и неоднократно имел дело с императорами, которых на его веку сменилось немало: родился он при императоре Клавдии, умер при Адриане, застав правление Нерона, Веспасиана, Тита, Домициана, Траяна и других. Однако он не латинизировался (язык он, конечно, выучил, но не до такой степени, чтобы на нем писать), не уехал в Рим навсегда, не остался даже в Афинах с их прекрасными библиотеками и просвещенной компанией философов и ученых – а, отучившись, вернулся на малую родину, в захолустную Херонею…

Полную версию материала читайте в журнале Личности №110/2017

Другие номера издания «Личности»

№ 109/2017
№ 45/2012
№ 108/2017
№ 107/2017
№ 106/2017
№ 105/2017