Личности 112/2017

Денис Эртель

МАРИЯ МАЛИБРАН: УЙТИ В ЗЕНИТЕ

Она была подлинным идеалом и символом романтизма – красивая, талантливая, обуреваемая сильными страстями и возбуждавшая их… и даже умершая совсем молодой. Эта женщина не успела узнать, что значит потерять почитателей своего таланта, не увидела, как подрастает ее сын, как стала признанной примадонной ее сестра Полина Виардо…

Но она успела главное: стать великой Малибран

Французский поэт Эрнст Легуве в своей книге «Шестьдесят лет воспоминаний» назвал Малибран воплощенной жизнью. Не менее верно было бы назвать ее воплощенной страстью. Единственное критическое замечание, которое прозвучало (из уст Мендельсона, да и то лишь раз) в адрес певицы, – что она переигрывает. Дело в том, что ее артистическая манера отличалась от общепринятой: она не «исполняла арии», на сцене она жила.

Интеллектуальная элита Европы окружила Малибран восторженным обожанием. Ею восхищались Жорж Санд, Мюссе, Ламартин, Мендельсон, Лист, Доницетти, Беллини... Россини называл ее гениальной, а Фредерик Шопен – «королевой Европы», имея в виду ее власть над сердцами и неоспоримое превосходство перед другими дивами, а ведь именно тогда на театральном небосклоне сияло целое созвездие: Джудитта Паста, Вильгельмина Шредер-Девриент, Джулия Гризи и обворожительная Генриетта Зонтаг.

Что было бы, если бы Мария Малибран не погибла молодой в результате собственной неосмотрительности?.. Рискнем предположить, что прожила бы она долго, как ее мать, сестра и брат Мануэль Гарсиа-младший, (тот даже перешагнул столетний рубеж), стяжала бы еще большую славу, а вполне возможно, что потеряла бы с возрастом голос и стала учить петь других… Ведь и их отец, несмотря на свой необузданный нрав, был выдающимся преподавателем искусства бельканто, и брат прославился в этом качестве, да и Полина Виардо, уйдя со сцены в сорок с небольшим, тоже завела свою школу.

Но представить в роли степенной наставницы Марию нелегко: вся жизнь ее была, по сути, «безумной эскападой» с огромным диапазоном от комических эпизодов до трагических, полной странных совпадений, пугающих предвидений...

Причем начало этому было положено еще до ее появления на свет.

Отец Марии, всемирно известный в свое время певец-тенор Мануэль Родригес*, родился в бедном цыганском квартале города Севилья. Некоторые биографы упоминают о его мавританских и еврейских корнях. Очень рано, уже в шестилетнем возрасте, он начал петь в хоре севильского кафедрального собора, а в шестнадцать переехал в Кадис. Здесь он быстро и весьма заметно преуспел, но отнюдь не в церковном пении: в 1792 году, то есть когда Мануэлю было 17 лет, состоялся его дебют на сцене местного театра в комической опере.

Пять лет спустя он женился на своей партнерше по сцене певице Мануэле Моралес; в этом браке родились две дочери, одна из которых, Жозефина Гарсиа Руец, позднее пошла по стопам отца. Через год после женитьбы Мануэль отправился в Мадрид, где тоже привлек к себе внимание. Писательница Барбара Кендэлл-Дэвис утверждает, что молодой Мануэль даже позировал для одного из полотен Франсиско Гойи.

В столице Гарсиа вышел на сцену Театро дель Каньос дель Перал. Его прекрасный голос, богатое творческое воображение (сочинял он с юности и исполнял в том числе и собственные произведения*) и обаятельная внешность помогли ему прибрести поклонников… однако и завистников тоже. К тому же он обладал бешеным темпераментом, по молодости легко ввязывался в драки, и неприятный инцидент, стоивший ему непродолжительного пребывания за решеткой, вынудил певца на время покинуть Мадрид.

Публике, как уже было сказано, Гарсиа-старший нравиться умел. Но не только ей: еще через несколько лет он повел под венец (при живой первой жене) другую свою партнершу по сцене – Хоакину Ситчес (Брионес). По ее словам, она была незаконной дочерью благородных родителей, которые отдали ее на воспитание в монастырь; это не помешало ей в 22 года выйти на сцену мадридского оперного театра. Хоакина родила мужу сына – Мануэля Висенте Гарсиа-младшего, впоследствии ставшего известным певцом (баритон) и еще более известным педагогом.

Обе жены, каждая из которых считала себя законной супругой, сопроводили этого квазисултана в Париж, где он осел и где родились его младшие дети: 24 марта 1808 года –  Мария Фелисита, а тринадцать лет спустя – Мишель Фердинанд Полина, будущая Полина Виардо. Проблема с двоеженством уладилась полюбовно: первой жене предложили ангажемент на родине, куда она и отбыла, оставив дочь Жозефину мужу.

Мария унаследовала блестящую одаренность отца, но во многом – и его характер. Обучая своих старших детей, отец не скупился на ругань и побои, и соседи вскоре привыкли к отчаянным крикам, несущимся из окон: причин для беспокойства нет, Мануэль Гарсиа дает детям уроки пения. Будучи маленькой, Мария отчаянно боялась его, и позднее говорила, что прикажи ей папа выброситься из окна, она подчинилась бы беспрекословно; тогда же девочка научилась петь, даже если слезы ручьем лились из глаз… что в дальнейшем неоднократно использовала на сцене.

Мануэль был жестким и, пожалуй, даже жестоким человеком, но он развил до совершенства природные данные своей дочери. Не исключено, что экспансивная Мария, не отличавшаяся феноменальным трудолюбием своей младшей сестры Полины, сама или с другим наставником никогда бы не достигла подобных высот. Во всяком случае, большинство ее биографов придерживаются именно такого мнения…

* Фамилию Гарсиа он взял себе позднее. Предполагается, что она принадлежала его деду по материнской линии или другому предку.

* За свою жизнь Мануэль Гарсиа сочинил 42 оперы.

Полную версию материала читайте в журнале Личности №112/2017

Другие номера издания «Личности»

№ 111/2017
№ 110/2017
№ 109/2017
№ 45/2012
№ 108/2017
№ 107/2017