Личности 112/2017

Марина Ливанова

НИКОЛАЙ ВАВИЛОВ: ПШЕНИЦА ВРАГА НАРОДА

«Если вы пришли в науку, то вы обречены работать над собой до гробовой доски. Только тогда мы являемся научными работниками, если мы движемся. Мир весь движется, каждый месяц приносит новые ценности, поэтому надо научиться регулярно следить за пульсом, который имеется у глобуса, следить за всеми книгами, которые выходят по вашему разделу научной работы, знать даже, какие книги должны появиться, какие работники по вашему разделу работают, даже уметь сноситься с ними, ставить перед ними вопросы (…). Завязывайте связи с молодости. Овладевайте иностранными языками – это орудие, это основной метод».

Николай Вавилов – аспирантам 1937 года

Семейное дело, которое он должен был унаследовать, называлось «Удалов и Вавилов». Этот бизнес Иван Ильич Вавилов, отец нашего героя, построил практически с нуля: выходец из крестьянской семьи Волоколамского уезда сделал карьеру от «мальчика» при купце до одного из директоров «Трехгорной мануфактуры» Прохоровых, а затем открыл и собственное дело в Москве на паях с партнером. Женился он совсем молодым на шестнадцатилетней Александре, дочери художника-резчика Михаила Постникова. У супругов было семеро детей; трое скончались в младенчестве, а остальные четверо – сыновья Николай и Сергей, дочери Александра и Лидия, стали учеными или медиками (Лидия, младшая сестра, умерла молодой в 1914 году от черной оспы, заразившись во время экспедиции).

Николай родился в Москве 26(14) ноября 1887 года. Семью он вспоминал не слишком дружной, конфликтной – «как обычно в торговой среде». Учиться старшего сына отдали в Московское коммерческое училище, свидетельство об окончании которого, в отличие от гимназий с классической гуманитарной программой, не давало права поступить в университет. Училище Николай тоже вспоминал без благодарности, хотя естественные науки и иностранные языки там преподавали на пристойном уровне. А биологией и химическими опытами Николай с младшим братом Сергеем увлекались с детства, у них даже была домашняя лаборатория в сарае.

Тем не менее, желание учиться на биолога для купеческого сына было бунтом, причем не вполне осознанным. Вообще-то Николай хотел поступать в медицинский, но пришлось бы потратить год на самостоятельное изучение латыни. «Хорошо помню состояние ‟без руля и без ветрил”. Случайная волна хаотических вероятностей забросила в Петровку – по-видимому, счастливая случайность».

Петровкой называли по старинке среди своих Петровскую сельскохозяйственную академию – в 1906 году, когда туда поступил Николай Вавилов, это уже был Московский сельскохозяйственный институт.

В первый год после революции были еще сильны вольнодумные настроения, а одним из революционных завоеваний стали студенческие кружки по интересам – до революции любые молодежные собрания были запрещены. Николай Вавилов начал посещать кружок любителей естествознания, скоро стал одним из его руководителей, а летом 1908-го совершил с товарищами-кружковцами свою первую экспедицию – на Кавказ. Откуда привез свою первую ботаническую коллекцию, совсем маленькую – 158 экземпляров.

В институте он слушал лекции профессоров Худякова, Фортунатова, Прянишникова и других, ставил опыты по влиянию удобрений на растения в вегетационном домике – стеклянном амбаре, где раньше работал Климент Тимирязев. Зимой 1909-10 годов студент Вавилов участвовал в работе XII съезда русских естествоиспытателей и врачей в Москве, причем выступал сразу на четырех секциях: химии, ботаники, агрономии и географии, этнографии и энтомологии.

Очень организованный в научной работе, в жизни он начинал приобретать черты «рассеянного ученого». Коллега, с которой он познакомился на съезде, вспоминала, как в институтской столовой Вавилов вдруг внимательно посмотрел на сотрапезников и бросился назад к буфетной стойке: «Оказывается, он увидел, что мы едим котлеты, а он после супа сразу принялся за мороженое». В другой раз, на летней практике в Полтавской губернии, где у Петровки был земельный участок для опытов, во время обеда из кармана Вавилова выползла ящерица: молодой ученый затолкал ее обратно, а застольная беседа естественным образом перешла на ящериц и их биологию.

В 1910 году у Николая Вавилова состоялась первая научная публикация – вышла в свет монография «Полевые слизни – вредители полей и огородов». В институте ее зачли студенту как дипломную. Он окончил институт в 1911-м, и как один из лучших студентов получил предложение остаться для подготовки к профессорскому званию.

«Мало уверенности в себе, в силах. Подчас эти сомнения очень резки, сильнее, чем кажется со стороны. Заносясь мысленно вперед, ощупываешь постоянно опору под ногами», – так, сдав последний выпускной экзамен, писал Николай девушке, которая его понимала, – Кате Сахаровой. Они познакомились на Полтавщине, где вместе проходили институтскую практику.

Екатерина Сахарова была одной из первых девушек, поступивших учиться в Петровку – в тот год, когда туда только начали принимать женщин. И активно боролась за право женщин-агрономов работать наравне с мужчинами: сопротивление патриархального общества было сильно, женщин, даже с дипломами, на работу не брали. Сама Екатерина после института некоторое время проработала земским агрономом в деревне Лихвино, однако ее очень скоро уволили, припомнив сомнительное прошлое: после революции она ненадолго попала за решетку по делу ее младшей сестры Веры, члена большевистской организации. Екатерина вернулась в Москву, и в 1912 году они с Николаем поженились.

В институте Николай Вавилов начал работу на селекционной станции, изучая паразитические грибы и иммунитет растений к ним. Считая, что иммунитет обусловлен генетически, Вавилов производил наблюдения за несколькими поколениями растений, нередко конфликтуя со старшими коллегами, которые считали генетику Менделя чем-то абстрактным...

Полную версию материала читайте в журнале Личности №112/2017

Другие номера издания «Личности»

№ 111/2017
№ 110/2017
№ 109/2017
№ 45/2012
№ 108/2017
№ 107/2017