Личности 116/2018

Ольга Петухова

ИОГАНН КЕПЛЕР: «Я БИЛСЯ О ТЫСЯЧУ СТЕН…»

Немецкий гений математики и астрономии рубежа XVI-XVII веков не был понят даже великими современниками. Он искал одобрения своим трудам у Галилео Галилея и Тихо Браге, но они игнорировали его концепции, а самого ученого считали чудаком. А ведь именно Кеплер доказал, что планеты обращаются вокруг Солнца по эллипсам и что Солнце удерживает их силой своего притяжения. Его научные труды стали самым революционным прорывом XVII века, но имя Иоганна Кеплера в истории астрономии до сих пор незаслуженно пребывает в тени более прославленных Николая Коперника, Галилео Галилея и Джордано Бруно

Мало кто думал, что недоношенный младенец, родившийся 27 декабря 1571 года в семействе Катарины и Генриха Кеплеров, останется жить, однако первенец окреп. Он был окрещен по лютеранскому обряду Иоганном, так как появился на свет в день Иоанна Богослова. Южно-немецкий городок Вайль-дер-Штадт населяли около двухсот семейств добропорядочных бюргеров, большей частью кожевенников и ткачей; чета родителей будущего ученого средь них не была на хорошем счету. Ни Катарина, ни Генрих не отличались набожностью, оба были вспыльчивы и сварливы, оба склонны были спускать с трудом заработанные гроши, и в поисках лучшей доли кочевали в пределах своей обширной родины – Священной Римской империи германской нации, по сути – лоскутному одеялу полузависимых от императора европейских княжеств.

Мать Иоганна, Катарина Гульденман, была дочерью трактирщика из соседней деревни. Среди вайльцев она слыла лекаркой и колдуньей, перенявшей «ведьмовское» знание от своей тетки, сожженной на костре за ворожбу. Ее супруг Генрих происходил из обедневшего дворянского рода, гордившегося двумя своими предками, в 1430 году посвященными в рыцари в Риме. Отец Генриха, ремесленник-кожевенник Себальд Кеплер, был избран бургомистром Вайля и довольно долго продержался на этом посту, но промотал свое состояние, а из-за «не отличавшегося умеренностью прошлого» утратил и доброе имя.

Спустя четыре года после свадьбы Генрих Керлер сбежал от семейных склок и безденежья во Фландрию, где, хотя сам был лютеранином, нанялся ландскнехтом в армию герцога Альбы, жестоко притеснявшего лютеран и кальвинистов (наемник не был чрезмерно щепетилен в вопросах веры). Катарина вскоре отправилась на розыски беглого супруга, оставив трехлетнего Иоганна и его младшего брата в доме деда.

Без присмотра матери Иоганн заразился оспой, тяжело болел, но выжил, однако зрение его пострадало: мальчик стал близорук и приобрел редкий дефект зрения – полиопию, то есть видел предметы «размноженными», а став взрослым, не мог вести наблюдений за звездами.

Вернувшись, родители Иоганна приобрели харчевню в соседнем городке Леонберг, а позже – в городке Эмердингер. Отец то испытывал фортуну, вновь нанимаясь солдатом, то пробовал заработать в своей харчевне. Ни то ни другое не удавалось: в армии его едва не повесили за преступление, в Леонберге он поручился за обанкротившегося земляка и был вынужден расмплачиваться с кредиторами.

Трое из семи рожденных Катариной детей умерли в младенчестве (это было нормальной статистикой); сам же Иоганн впоследствии писал, что рос болезненным, «хилым, вялым и тощим» ребенком, его мучили частые лихорадки, головные боли и желудочные расстройства. Ему приходилось и работать в поле, и прислуживать в трактире, но толку от слабосильного ребенка было немного. В 1589 году Генрих в последний раз отправился в армию (по слухам, воевал в венецианском флоте, вышедшем против турок), по дороге домой заболел и умер в окрестностях Аугсбурга.

Иоганну в ту пору исполнилось 18 лет. Из своего неблагополучного и болезненного детства он вынес лишь два ярких воспоминания: шестилетним мать вывела его на холм, чтобы посмотреть на комету, о которой в ту пору много говорили, а в девять лет – увидеть  затмение Луны, которая казалась совсем красной. Эти необычные явления отпугивали других, но Иоганна раззадорили как хитроумные загадки.

В семь лет мальчика отдали в немецкую школу Леонберга, затем – в латинскую школу и в низшую семинарию при Адельбергском монастыре. Родители понимали, что сын не годится в солдаты (как отец), и не станет ремесленником, зато его пытливый ум открывает прямой путь к богословской карьере. В 1589 году Иоганн блестяще окончил высшую семинарию при монастыре Маульбронна и поступил в университет Тюбингена: преподавание богословия на протестантских землях было поставлено на высочайшем уровне, местный герцог был истовым лютеранином и не жалел средств для воспитания единоверцев, способных убедить католиков в ошибочности их догм.

В университете трехлетнему богословскому курсу предшествовало обязательное двухгодичное обучение на факультете искусств, на котором преподавали риторику, музыку, математику: в XVI-XVII веках науку и искусство не отделяли друг от друга, а диплом университета давал право выпускнику преподавать любую из изученных дисциплин. У матери не было денег на учебу Иоганна, но бюргеры родного Вайля платили  одаренному земляку стипендию, а вопрос крыши над головой решался университетом: студентов-бедняков поселяли в «штифте», бесплатном интернате. Жилось там нелегко, скученность множила заразные, особенно кожные, болезни, и юноша сильно страдал от нарывов и язв, однако учиться ему нравилось. Его наставник в Тюбингене, ученый-астроном Михаил Местлин стал, по сути, заменой непутевого, а к тому времени уже и сгинувшего бродяги-отца. Он одним из первых оценил интеллектуальную одаренность Иоганна: тот с легкостью выводил математические теоремы и лишь после узнавал, что они уже открыты.

Формально Местлин преподавал астрономию в духе Птолемея, и в изданном им учебнике Земля занимала в Мироздании центральное место. Но среди избранных учеников Михаил не скрывал своего увлечения Коперником, идеи которого противоречили изложенной в Ветхом Завете концепции. Узнав от Местлина о гелиоцентрической модели Коперника, Иоганн стал пылким приверженцем его учения, а увлекшись трудами немецкого философа-мистика Николая Кузанского, твердо уверовал, что Бог сотворил вселенную бесконечной и однородной, и у Земли нет никакого «привилегированного» положения. Эти теории Кеплер отстаивал на диспутах, наивно веря, что они не мешают богословской карьере.

Полную версию материала читайте в журнале Личности №116/2018

Другие номера издания «Личности»

№ 117/2018
№ 115/2018
№ 114/2018
№ 113/2018
№ 112/2017
№ 111/2017