Личности 119/2018

Яна Дубинянская

ГОРТЕНЗИЯ де БОГАРНЕ: КОРОЛЕВА БЕЗ КОРОЛЕВСТВА

«Удивительная вещь! Из всего многочисленного семейства выдвинулся лишь один человек; но как скоро он заперт в клетку, не остается ничего».

Так говорил своему патрону, папе римскому, кардинал Гектор Консальви, дипломат Ватикана, который в свое время потратил немало сил, договариваясь с могущественным семейством Бонапартов, в одночасье лишившимся европейских тронов, величия и любого влияния.

Папа Пий VII возразил:

«Остается королева Гортензия»

В 1779 году третий сын губернатора острова Мартиника, французской колонии в Карибском море, посватался к местной красавице – шестнадцатилетней креолке по имени Мари-Жозеф Роз Ташер де ла Паджери, дочери плантатора, чье обширное поместье за несколько лет до этого сильно пострадало от урагана. Семье невесты был очень нужен этот брак.

Жениха звали Александр Франсуа Мари де Богарне, виконт де ла Ферте, он недавно получил звание капитана 1-й роты Королевских мушкетеров и сразу после свадьбы увез молодую жену за океан, в Париж. Здесь Мари-Жозеф в сентябре 1781-го родила сына Эжена (Евгения), а 10 апреля 1783-го – дочь Ортанс, Гортензию Евгению Сесиль де Богарне.

К моменту рождения девочки ее родители уже не были счастливы: виконт де Богарне обвинял молодую жену в изменах и поначалу даже отказывался признавать Ортанс своей дочерью. Через два года супруги развелись, у Александра де Богарне вскоре появилась другая женщина и маленькая дочь. А еще через три года Мари-Жозеф, потратив все свои деньги, оставив сына с отцом, была вынуждена вернуться с дочерью на Мартинику, в родительский дом. Здесь Ортанс провела два года своего детства.

Мать и дочь покинули Париж накануне Великой французской революции. Но вскоре беспорядки начались и в колониях, и аристократы на Мартинике не чувствовали себя в безопасности. В 1790 году семилетняя Ортанс прибыла с матерью во Францию.

Тем временем ее отец, теперь уже не виконт, а гражданин Александр Богарне, с энтузиазмом принял революцию. Он одним из первых вошел в Генеральные Штаты, а затем стал секретарем Учредительного собрания. Находясь на высоком посту в революционном правительстве, Богарне удерживал коллег от радикализма, в частности, от репрессий дворян и королевской семьи. Стала крылатой его фраза, произнесенная в день бегства короля Людовика XVI: «Господа, король уехал этой ночью. Перейдем к порядку дня».

Карьера бывшего мужа помогла Мари-Жозеф занять положение в обществе и принимать у себя видных деятелей революции. Супруги примирились, был даже написан групповой портрет Александра Богарне с женой и подросшими детьми.

Когда к власти пришли жирондисты и Учредительное собрание было распущено, Александр Богарне отправился на фронт в чине бригадного генерала, а затем был назначен командующим Рейнской армией. От предложенного ему поста военного министра он отказался. Но боевые действия против Пруссии и Австрии складывались не в пользу революционной Франции, и в июле 1793 года генерал Богарне был вынужден подписать капитуляцию под Майнцем. После этого (по другой версии – после того, как Конвент принял закон о недопустимости службы дворян в революционной армии) он подал в отставку и поселился в своем поместье Ла Ферте.

Меньше чем через год в стране начался большой террор. Богарне был объявлен врагом революции – как дворянин и как изменник, сдавший Майнц врагу. 2 марта 1794-го вышел приказ о его аресте, и отставной генерал оказался в тюрьме.

Мадам Богарне, понимая масштабы происходящего – революцию она сравнивала с ураганом времен своего детства, – пыталась спасти детей. Она уехала инкогнито в деревню неподалеку от Парижа, где, по легенде, оставила Эжена и Ортанс в учениках у столяра и швеи, наказав им, если не вернется, никому не говорить, кто их родители, – а сама отправилась вызволять мужа из тюрьмы. По другой версии, Мари-Жозеф все же устроила детей в пансион аббатства Сен-Жермен, а сама тоже попыталась затаиться, но ее все равно нашли. Уже 21 апреля Мари-Жозеф Богарне арестовали.

23 июля 1794 года Александр Богарне был гильотинирован. А через четыре дня, 27 июля (9 термидора по революционному календарю), произошел Термидорианский переворот, и под ножом гильотины полетели уже другие головы – Робеспьера и его соратников.

Мари-Жозеф Богарне казнить не успели.

После Термидорианского переворота вдова безвинно казненного революционера мадам Богарне вернула себе положение в обществе. Но ее материальное положение оставалось отчаянным – имущество Богарне было конфисковано, а сообщение с Мартиникой блокировал английский флот. Мари-Жозеф стала любовницей Поля Барраса, который после образования нового французского правительства – Директории – стал фактически ее руководителем, первым человеком в стране. Баррас снял для вдовы Богарне особняк, где она устроила светский салон и стала законодательницей мод.

По одной из версий, именно Баррас познакомил Мари-Жозеф со своим протеже, молодым генералом-корсиканцем; по другой – они впервые встретились в салоне ее подруги Терезии Тальен. Генерал Наполеоне Буонапарте был на шесть лет моложе красавицы, которую первым начал называть Жозефиной, – и добился, чтобы так ее звали все. Свое имя и фамилию он тоже впервые видоизменил именно в письме к ней.

Наполеон и Жозефина заключили гражданский брак в Париже 9 марта 1796 года, в десять часов вечера, потому что жених опоздал на свадьбу на два часа – он только что получил назначение командующего Итальянской армией и был занят преимущественно этим, а уже 11 марта выехал к армии. Жозефину он настойчиво звал к себе, но она тянула время, предпочитая оставаться в Париже, где, по слухам, у нее довольно скоро появился другой мужчина – офицер Ипполит Шарль...

Другие номера издания «Личности»

№ 118/2018
№ 117/2018
№ 116/2018
№ 115/2018
№ 114/2018
№ 113/2018