Личности 122/2019

Дарья Приходько

ЛЕСЬ КУРБАС: ВЕСНА ТЕАТРА

«Лесів Курбасів мистецький силует…

Да-а-а…

Мені оце, як тому дідові:

– Діствительно… Под`їжаю! Так, як до соломи…

…Ухопиш хіба його, отой Лесів Курбасів силует?

Хіба тільки так… ‟як до соломи”…»

Остап Вишня

Ян Курбас, прадед нашего героя, приехал в Галичину из Литвы в 1820-х годах и служил управляющим у польского помещика на территории нынешней Тернопольской области. Его единственный сын Филипп стал священником. В 1877-м он получил парафию в поселке Старый Скалат Тернопольской области, где жил до конца жизни. Второй сын Филиппа,  отец Леся Курбаса Стефан (в советскую критику он вошел под именем Степан), родился в 1862 году. Из всех сыновей только он навлек на себя отцовский гнев, избрав несолидную по тем временам карьеру странствующего актера.

В октябре 1884 года Стефан бросил учебу в гимназии и поступил во Львовский украинский театр общества «Руська бесіда». В свои неполные двадцать два года он неоднократно оставался на второй год, так что его карьерный выбор едва ли кого-то удивил. Но чтобы не «позорить» фамилию отца, молодой артист взял псевдоним и превратился в Стефана Яновича. Театр «Руська бесіда», основанный в 1864 году галицким юристом Юлианом Лавровским, просуществовал 60 лет и на его сцене блистали такие знаковые в истории украинского театрального искусства актеры, как Василий Юрчак, Семен Семдор, Амвросий Бучма, Екатерина Рубчакова и другие.

Через год после присоединения Стефана к труппе в театр приняли 17-летнюю Ванду Тейхман. Ванда Адольфовна родилась в 1867-м в Черновцах[1] в семье чиновника. Она владела несколькими языками, играла на музыкальных инструментах; в некоторых источниках указано, что Ванда окончила Коломыйскую гимназию, однако в те времена ее еще не было. В документах других крупных учебных заведений Коломыи ее имя не значится, а значит, Ванда Адольфовна, скорее всего, обучалась в одном из частных пансионов. В театр, как и Стефан, девушка поступила против воли отца. Происхождение семьи Тейхман остается туманным: неизвестно, был ли Адольф Тейхман австрийцем, немцем или евреем. Современники Ванды Адольфовны вспоминали, что она часто читала именно немецкие романы, знала и польский язык. Был ли немецкий ее родным, утверждать сложно, но когда семнадцатилетняя девушка пришла в театр, по-украински она говорила с акцентом и долго была обречена играть в массовых сценах, ролях с небольшим количеством реплик или продавать билеты в кассе перед спектаклем – функция актера, не занятого в пьесе. Среди позднее сыграных заметных ролей Ванды Адольфовны – Проня Прокоповна в пьесе Михаила Старицкого «За двома зайцями» и Стеха в шевченковской «Назар Стодоля».

В 1886 году Ванда Тейхман с благословения труппы стала жить со Стефаном и взяла псевдоним мужа – Янович. По законам Австро-Венгрии брак мог быть заключен или по достижении совершеннолетия, или с согласия родителей. Ни Стефан, ни Ванда совершеннолетия к тому моменту не достигли, и получить разрешение родителей «новобрачные» тоже не могли. Биографы Курбаса не нашли документов, подтверждающих брак, а это значит, что первые годы пара жила в гражданском союзе. Именно Стефан преуспел и как актер, и как режиссер театра «Руська бесіда». Украинский драматург Иван Франко называл его «главной силой украинской сцены», особенно удавались актеру лирико-героические амплуа. Ванда довольствовалась гораздо более скромным положением в труппе, а вскоре и вовсе посвятила себя семье.

Под конец лютой зимы, 25 февраля 1887 года, на гастролях театра в Самборе Ванда родила своего первенца. Сына назвали Александр-Зенон, но ни Зеноном, ни Александром его никогда не называли – с детства и до конца дней он был Лесем. Позднее у Яновичей появилось еще два сына и дочь, все они умерли рано. Ванде Адольфовне было суждено пережить не только мужа, но и всех своих детей.

Лесь Курбас был крещен только через год после рождения. Некоторые биографы считают, что родители медлили, так как надеялись на благословение дедушки, отца Стефана. Но есть и другая, более вероятная, версия: поскольку Ванда и Стефан юридически пожениться не могли, своего сына им бы тоже пришлось записать в документы незаконнорожденным. Поэтому мальчика и крестили только через год, а его крестными стали коллеги родителей по театру, Иванна Гриневичева и Владислав Плошевский.

Избрав театральную стезю, Яновичи-Курбасы вполне сознательно обрекли себя на полуголодное существование. Иван Франко в своих театральных рецензиях развернуто писал о бедственном положении украинского театра. Жалованье было небольшим: чтобы окупить свое существование, театр был вынужден ставить как можно больше спектаклей, давать как можно больше изнуряющих выступлений и постоянно перемещаться по стране в поисках новой публики. Пустые залы и касса были явлением частым. Как следствие – в актеры поступали неудачливые студенты и учителя, те, у кого, собственно говоря, и выбора не было. И все-таки небосклон украинского театра в ту пору был густо усеян звездами, среди которых яркой, хоть и эфемерной звездой, был Стефан Янович.

Маленький Лесь с пеленок был спутником родителей в их театральных странствиях. Филипп, отец Стефана, смягчился, когда его внуку было уже шесть лет, а Ванда вот-вот должна была родить третьего...

[1] Так она указывала в документах, но подтверждающие метрики не были найдены.

На иллюстрации: Лесь Курбас (справа) и художник Вадим Меллер (слева).

Другие номера издания «Личности»

№ 127/2019
№ 126/2019
№ 125/2019
№ 124/2019
№ 123/2019
№ 121/2019