Личности 139/2020

Яна Дубинянская

УИЛЬЯМ ШЕКСПИР: ВЕСЬ МИР – ТЕАТР

Часть вторая

ЛИЦО ПОД МАСКОЙ

«Писал ли я шекспировские пьесы?» – лекцию на такую тему в прекрасном и хулиганском «Заповеднике гоблинов» Клиффорда Саймака читал единственный компетентный эксперт по данному вопросу – не кто иной, как сам Уильям Шекспир.

Впрочем, его мнение на этот счет вряд ли убедило бы настоящих шекспироведов-«антистратфордианцев», которые отказываются считать автором гениальных пьес заурядного актера из Стрэтфорда-на-Эйвоне, тем более что елизаветинская эпоха предоставляет немало блестящих кандидатур и подсказывает множество захватывающих версий. Конспирологическая картина мира вообще куда ярче и увлекательнее обыденной реальности.

Антистратфордианцы единодушно приводят убедительные аргументы против «классического» Шекспира, однако договориться между собой не могут, общее количество претендентов давно перевалило за полсотни, и вот уже более двух столетий яростно ломаются копья вокруг личности «Того, кто копьем потрясал»

В 1747 году священник по имени Джон Грин обнаружил завещание Уильяма Шекспира из Стрэтфорда-на-Эйвоне. С искреннего изумления этого человека и начался «шекспировский вопрос». Кроме всего прочего, оказалось, что среди имущества великого поэта и драматурга не было ни единой книги! В XVI-XVII веках в Англии не существовало публичных библиотек – так каким же образом актер, имевший за плечами максимум несколько классов грамматической школы, выучил французский и итальянский, историю и географию, юриспруденцию и риторику, музыку и военное дело, ботанику и античную мифологию? Откуда знал сюжеты более ранних английских и классических произведений (многие из последних при его жизни на английский не были переведены), на которых основано большинство его пьес? Как писал об иностранных реалиях, если никогда не покидал пределов Англии?

Словарь Шекспира насчитывает около 20 тысяч слов – это очень много, даже если сравнивать с его образованными современниками – учеными и литераторами, и в несколько раз больше, чем запас слов среднего англичанина. В его пьесах использован огромный пласт цитат, литературных отсылок и парафразов: Монтень, Ронсар, Ариосто, Боккаччо, плюс античные авторы – Гомер, Плавт, Овидий, Сенека, Плутарх… Одна из сцен в «Генрихе V» полностью написана по-французски. Действие шекспировских пьес происходит в Италии и в Дании, в древней Греции и Египте, персонажи принадлежат к самым разным социальным и профессональным сферам, а названий деревьев и трав шекспироведы насчитали целых 108!

Правда, стратфордианцы считают его эрудицию школярской либо «нахватанной по верхам», и уличают драматурга во множестве фактических ошибок и неувязок. К примеру, Шекспир запросто помещает монастырь в древних Афинах, морской берег – в Богемии, или вкладывает кельтскую легенду о фее Маб в уста итальянца Меркуцио. Многие из классических цитат пришли в шекспировские пьесы прямиком из популярной в те времена школьной хрестоматии. Однако повод для удивления все же остается.

Не сохранилось ни одной рукописи Шекспира. В распоряжении исследователей – лишь несколько его подписей на деловых бумагах, в том числе на завещании, и эти неразборчивые каракули дают антистратфордианцам повод даже усомниться в его грамотности. Тем более что жена и дочери стрэтфордского Уильяма Шекспира (Шакспера?) вообще подписывались условным значком…

Сомнения внушают также известные изображения Шекспира. Памятник в стрэтфордской церкви Святой Троицы, якобы созданный на основе посмертной маски усопшего (круглолицый мужчина без признаков поэтической одухотворенности), разительно не похож на портрет из «Первого фолио». К тому же перо к руке скульптурного Шекспира приделали позже, а первоначально его ладонь лежала на каком-то мешке – символе совершенно иной почтенной деятельности. Большинство портретов давно разоблачены как подделки или изображения других людей, и даже самый достоверный, Флауэрский, с которого и делали гравюру (если не наоборот!) написан поверх другого произведения – известный прием фальсификаторов живописи.

Графический портрет Уильяма Шекспира, помещенный в «Первом фолио», стал объектом пристального внимания антистратфордианцев, и разглядеть на нем удалось многое. В частности, явное сходство по композиции, ракурсу, освещению и даже чертам лица с известным портретом… Елизаветы І! Другие внимательные исследователи по ряду признаков заключают, что на гравюре изображен человек в маске, и это прямой намек на грандиозную мистификацию.

В причастности к ней подозревают едва ли не всех заметных лиц елизаветинской эпохи – вплоть до самой королевы. Что характерно, практически все они принадлежали к одному кругу и были так или иначе знакомы между собой, а то и состояли в родстве – близком или дальнем, явном или не афишируемом. Литературно-театральная мистификация как нельзя лучше ложится в стилистику той эпохи, насквозь пронизанной заговорами и тайнами.

Разглядывая под лупой графические элементы «Первого фолио», кто-то из дотошных биографов увидел в буквице «Б» в слове «Боцман» (с которого начинается шекспировская «Буря») многократно повторенную по кругу надпись «Фрэнсис Бэкон». В те времена любили играть с витиеватыми шрифтами и насыщенными символами заставками.

Великий английский ученый, философ и государственный деятель Фрэнсис Бэкон – фигура грандиозная и загадочная. Впервые о том, что именно этот человек мог быть автором шекспировских пьес, заговорили еще в XVIII веке. «Бэкон сочинял пьесы, – утверждал Герберт Лоренс, друг знаменитого актера Дэвида Гаррика. – Нет надобности доказывать, насколько он преуспел на этом поприще. Достаточно сказать, что он назывался Шекспиром».

В возрасте 23 лет Фрэнсис Бэкон был избран в Палату общин, где позволял себе резкую критику в адрес самой королевы Елизаветы. В 1601 году он оказался замешан в заговоре, который организовали против королевы ее фаворит граф Роберт Эссекс вместе с лордом Саутгемптоном, покровителем Шекспира. Фигурировали подложные письма от имени Эссекса, написанные Бэконом, а затем именно он выступал с обвинениями на суде, которым граф был приговорен к казни (после смерти Елизаветы Бэкон утверждал, что до последнего надеялся на ее милость к заговорщику).

Мотив подложных писем проявляется и в «Гамлете», трагедии, в которой некоторые исследователи видят не только художественную ценность и философскую глубину, но и зашифрованную версию реальных событий в Английском королевстве, рассказанную буквально от первого лица. Интересно, что все антистратфордианские кандидаты в Шекспиры претендуют параллельно и на роль принца Датского. В их числе и Фрэнсис Бэкон, которого конспирологи даже называют (впрочем, не его одного) тайным сыном королевы.

Другие номера издания «Личности»

№ 138/2020
№ 137/2020
№ 136/2020
№ 135/2020
№ 134/2020
№ 133/2020